Сатору отчаянно нуждается в массаже, так к кому же лучше обратиться, как не к знаменитому массажисту Сугуру, который по счастливой случайности является его лучшим другом, в которого он влюблён уже более десяти лет?

В жизни Сугуру Гето была одна исключительная примета, после которой всё всегда шло наперекосяк. Ключи. Он ронял ключи.

— Ну так что, — он вдруг весело улыбнулся и, качнувшись, приблизился к Гето, — от меня чем-то прёт? — Слабоумием, — Сугуру фыркнул, а затем наклонил голову и действительно принюхался, — и мармеладными червячками.

Умереть за любовь не сложно. Сложно найти любовь, за которую стоит умереть. Или же просто сборник драбблов и мини зарисовок по этим двоим.

Сукуна – двухметровая гора мышц, в которой мало кто может с первого взгляда распознать омегу. Он привык побеждать, привык нагибать альф, привык быть нетипичным. Но Мегуми прижимает его к татами, глядя сверху вниз с дерзкой ухмылкой, в которой ни следа самодовольства или превосходства. И у дышащего через раз Сукуны в голове мелькает мысль о том, что, впервые кому-то проигрывая. Он проигравшим себя почему-то совсем не чувствует.

Ему хочется кого-нибудь разорвать. Ему хочется, чтобы с ним сцепились в схватке. Ему хочется, чтобы на него претендовали. Ему хочется вонзить клыки в плоть стоящего напротив альфы, пока он будет истошно кричать, и все это произойдет только по его вине, если он окажется недостаточно силен, чтобы справиться с высшим омегой, с видом, который исчезает, и к встрече с которым никто, блять, не подготовлен. (au, где Сугуру — дикий омега, который любит показывать зубы, и ему необходим альфа)

- Поговори с ним, - от Кенто-куна тянется легкий аромат свежего белья, какой-то хлопковый кондиционер. Он ходит с пластырем на пахучей железе и глушит внутреннего альфу, как может. Клыки торчат все равно, а скрывать свой второй пол ему с годами все тяжелее. - Иначе, вы разойдетесь.

Сатору, разумеется, не вспоминает сладость того лета и сладость её имени. Какое ему дело, как она живёт и с кем спит после того, как он её бросил? Сатору не вспоминает, не тоскует, не сожалеет, не желает... Сатору лжёт себе — и только. Разве это преступление? Или преступление — облажаться со вторым шансом, подброшенным самой судьбой? Сатору не верит в привезённое с другого конца света пафосное пророчество, но неужели оно единственная ниточка, способная снова связать его с Кендис?

Годжо балагурит, щурит хитрющие глаза, вступает в словесные перепалки, подстёгивает и подначивает, но стоит только Сугуру оказаться критически близко — и вся выверенная броня из легкомыслия и бесконечного смеха рушится, оставляя только желание касаться. Гето сдержаннее, умеет держать дистанцию, ни черта не прочтёшь по угольно-чёрным глазам, никто даже не догадается, что на его теле, под водолазками, краснеют отметинами саторовские признания в чувствах.

К своим 20 годам Гето и Годжо остались неразлучными друзьями, стали оккультистами и переехали в съемную квартиру в Токио. Но вот чтобы разобраться в своих чувствах друг к другу, должно было произойти что-то нетривиальное… Вроде первого в жизни свидания Гето.

– Возможно, тебе стоит оглянуться наконец, чтобы перестать уже видеть только моего тупого младшего братца. …Или: АУ, где Сукуна – старший брат Юджи.

Мир магов вот-вот разделится пополам из-за противостояния двух великих родов. Начинается передел власти. Кровавой бойни, возможно, не выйдет избежать. Идеальное время для Годжо Сатору выйти за рамки со своей бывшей ученицей. И полностью погрязнуть в разврате.

Одной-единственной спички достаточно, чтобы устроить пожар. Одного-единственного желания хватит, чтобы уничтожить или возвеличить мир. А одна-единственная капля крови способна пробудить жажду и страсть. || вампирское au, в котором охотники и вампиры сосуществуют вместе, опасно балансируя на грани войны и мира, а появление Годжо Сатору может спутать обеим сторонам все карты и отвести внимание от истинного зла, затаившегося во тьме.

Для своего возраста Сатору слишком наивно верил в то, что ориентацию человека можно определить по трём составляющим. Первое: какого цвета коктейль он пьёт. Второе: как на него среагировал гей-радар. Третье: то, что это любовь с первого взгляда.

Левша — необычный и сложный противник делающий «всё наоборот».

Юджи возвращается в Токио спустя два долгих года и наконец-то поддается на уговоры Кугисаки сходить в гей-клуб. Кто, черт побери, сказал, что это хорошая идея?

Юджи поступил! Поступил в университет своей мечты, да ещё и вместе со своими друзьями! Просто сказка, честное слово! И всё было бы замечательно, если бы не одно большое, перечеркнувшее его спокойную жизнь на втором курсе «но»: Годжо Сатору, – молодой преподаватель микроэкономики.

каннабис, игги поп и произнесённое в беспамятстве «сугуру, я хочу залезть тебе под кожу».

Когда в дом напротив въезжает симпатичный сосед, любящий ходить голым у окна, жизнь юной Ризе обретает новые краски, а бинокль становится верным другом в подглядываниях за ним.

Всего лишь одна ночь, которая должна была тут же забыться. Всего лишь одна ночь, которую три гребаных месяца не удавалось из головы выбросить. Всего лишь одна ночь, которая не значила ничего. Но вот Сукуна вновь встречает восхитительного двадцатилетнего пацана, который свел той ночью с ума, после чего исчез – и он оказывается его восемнадцатилетним чертовым учеником. А в эти кроющие, пронзительные глаза Сукуна проливается еще мощнее, чем в первый раз. …или, может быть, та ночь значила все.