Сияние промелькнувшей молнии в небесных глазах напротив на мгновение исказило невинное выражение фарфорового лица. Изящно касаясь легкими поцелуями исцарапанных костяшек девичьих рук, Солсбери пристально следил за каждым движением зардевшейся Лилит. Одинока и беззащитна, ни капли не осознающая безумной опасности, плещущейся в беспроглядном шторме.

С тех пор, как Лиам увидел будущую королеву, его посещают странные сны.

"— А если вы оба мне нравитесь? — чёрная бровь полезла вверх, а губы растянулись в соблазнительной лукавой улыбке, — Если я не смогу выбрать? — Мы джентльмены, сударыня, — напомнил ей Берт сдержанно, однако его дыхание участилось, а глаза прожгли до самой сути, сладостно заставив Селену чувственно сжаться внизу. Она ничего не сказала и хотела было пройти между ними, но брюнет задержал её, взяв руку и поцеловав ладонь. Селена растерянно посмотрела на Лиама..."

— Забери мою душу с собой.

Любую прогулку в саду скрасит девушка, с которой приятно находиться, где угодно...

Моя своенравная Лилит… ты ушла, и на небосклоне вечная ночь.

Они называют это Стокгольмским синдромом или Синдромом здравого смысла. Грубо говоря, пленник начинает испытывать симпатию к агрессору. Забавно, что связь может работать в обе стороны. Вообще-то, в каком-то смысле это даже иронично.

Селена опрометчиво решилась на благородный поступок, зарабатывая искупление за грехи прошлой жизни. Лола спасена, родители, хоть и плачут, но рады, что их дочь цела, а вот Селене предстоит пережить, пожалуй, самую страшную ночь в объятиях чудовища, чтобы на рассвете пасть от адских псов.

Мужчина стоял в проходе, не заходя, но и не ступая в помещение. Его взгляд скользил по девушке, так нагло стоящей к нему спиной. Но это только заводило. Она - некий камень, так сильно привлекающий этого длинноволосого мужчину к себе. А она слышала его участившиеся дыхание, чувствовала его взгляд, отчего внутри всё кипело, но не оборачивалась, продолжая снимать атрибуты своего платья. Когда дверь со стуком закрылась, только тогда она обернулась, не давая фантазиям взять вверх над разумом.

— Сегодня хороший день. — Берт присел рядом, но не слишком близко. — Да. — Селена продолжала возиться с застежками. — Как твоя губа? — Прекрасно, готова к новым приключениям, защите девичьей чести и поцелуям, конечно же.

Зря он пришёл сюда. Лучше бы полночи убил за редактированием новых снимков, сидя в своей обшарпанной конуре. С тяжёлым вздохом он откинулся на спинку потёртого диванчика и равнодушно оглядел забитый телами танцпол. Время продолжало идти своим чередом, но для него всё окружение разом померкло, расплавилось, покоробилось, как сгорающая фотоплёнка, и съёжилось до единственной фиксированной точки в пространстве — её безмятежного лица.

Берт приходит к Селене после новости о том, что она была на грани смерти. Чем закончится эта ночь?

ТотспелAU, не связанное с основным сюжетом. Утренняя служба протекала как обычно. Все те же лица, те же слова, то же ощущение обмана. Словно он не должен тут быть, словно лжёт, исповедуя и отпуская грехи. А грехи он отпускал исправно, как и подобает. Только вот свой грех, её, он не отпустит никогда.

Лилит, как кошка, то подпускает Берта к себе непростительно близко, то отдаляется от него слишком далеко.

Это началось с появления Лилит, которая обрушилась на его голову, как гроза обрушивается на землю ранней весной.

Их привязанность была пропитана нездоровой тягой друг к другу. Однажды Деймон осознал, что любовь может убивать не хуже наркотиков.

~Ваши отношения с Робом улучшились~

…Такие уж у них отношения — любовь, пропитанная сарказмом. Роб — та самая каменная стена, за которой ничего не страшно. Селена — просто та самая, ради которой хочется сворачивать горы. А вместе они — два ежа, которые чешут свои иголки друг о друга, и им это нравится.

Элиас холоден, равнодушен, а Жозефина... Она скучает по его жестокости. Это было лучше, чем пустота внутри, которую она ощущает сейчас.

Теперь ты — всего лишь игрушка в моих руках.