Сандэй находит ночлег на экспрессе. Или же ночлег находит его.

Ослепленный ревностью Сандей, решает ретироваться в уборную, дабы спокойно прийти в себя.

Ещё во время пребывания Безымянных на Пенаконии у Келуса начал развиваться тактильный голод и со временем он стал мучить его всё сильнее и сильнее. Благо, прямо перед не менее важной и стрессовой поездкой на Амфореус, к экспрессу присоединяется пассажир, с помощью которого, как надеется сам Первопроходец, он наконец сможет утолить свой тактильный голод. Если всё пройдёт гладко, то, авось, этому пассажиру сие занятие понравится не меньше, чем самому Келусу.

– Прости меня, Святой Отец, ибо я согрешил, – молвил он, стоя перед ним на коленях.

Ощущения были ужасными. Он действительно не понимал как поступает. Не понимал, чем чреваты его действия. Не понимал, чем всё могло обернуться. Теперь остаётся лишь пожинать плоды и тихонько радоваться не такому уж и плохому исходу.

Один напряжённый вечер и болезнь вновь берёт над ним верх.

Пират говорил, протягивая слова и звуки, будто гипнотизировал: — Этого ко мне. Пленника берут с двух сторон под локти и волочат в капитанскую каюту. Что с ним собираются делать? Зачем он им вообще? Поиграться, мучать, использовать, как раба? Возможно, всё вместе.

Келус посмотрел вниз со второго этажа отеля и облокотился локтями на перила. На первом этаже и находился музыкальный инструмент что издавал божественные звуки из-под утончённых пальцев Сандея в белоснежных перчатках. Безымянный не спускал с него взгляд, и вовсе не потому, что был заворожён его райской мелодией... Ведь за 30 системных минут до этого...

Божественное забвения, не так ли, дорогой Келус?

Келус шутки ради предложил сделать Сандею макияж, а тот, на удивление согласился. Парень уже давно тайно влюблён в загадочного и прекрасного халовианца, поэтому он пользуется возможностью, чтобы законно прикоснуться к дорогому. Кто бы мог подумать, что у Сандея тоже есть свои намерения. Никакого негатива — только милая зарисовка :)

Космос в прямоугольном окне подмигивает мерцающим звёздным светом и с каждым вдохом подбирается ближе. Вскоре места снаружи ему перестаёт хватать. Космос разбивается о стекло, превращается в кляксы и сочится сквозь герметичный край, оставляя жирные потёки чёрного за собой. “Этого не происходит на самом деле”, — Сандей беззвучно повторяет мантру из шести слов, жмурится и мысленно считает до десяти.

Сандей вынужден заново разбираться в себе и собирать по осколкам свою новую личность. Вельт, в далеком прошлом переживший нечто подобное, решает помочь ему в этом нелегком деле, в процессе замечая, что их отношения выходят за рамки понятия: «наставник – подопечный»

вечерние молитвы о прощении вместо поцелуев на ночь.

Сандей присоединяется в состав Звёздного Экспресса. Новые обстановка, компаньоны и путь сбивают привычный уклад жизни, а для него это сильно больше, чем временные неудобства.