Дазай-сан говорил не подходить к Тигру слишком близко, когда тот спит. Но Рюноске решил проверить, почему же нельзя?.. Ну и допроверялся вообщем.

– Через полгода я тебя убью. Приготовься. Пока я не одолею тебя, не смогу двигаться дальше, поэтому я убью тебя. – Хорошо, но при одном условии: не убивай больше никого все эти полгода.

Манила и Бонтен Майки вернулись. Такемичи одичал. Майки от этого не в восторге.

Руки спустились с воротника и обхватили в отчаянном порыве, на него навалилась тяжесть, а Майки уткнулся головой в плечо Такемичи. Пальцы впились в спину почти до боли. "Мой день рождения завтра, Такемичи, ты ведь останешься на него?" ----- Такемичи было 14 лет, когда он впервые встретил Майки в средней школе. Еще одна встреча с ним произошла, когда ему было 26. Майки - 10. И хотя это ничего кардинально не поменяло, но слегка сдвинуло ход их жизни влево.

Изана и банда s62!!! Стеклянное небо над головой Пока я жив, ты будешь частичкой меня. Стеклянное небо, холод, разбитые мои осколки.

Пять раз Такемичи проявил повышенную переносимость боли, и один раз ему это не понадобилось. Или: По мере того, как Такемичи выздоравливал, исцелялся и Томан, создавалось ощущение, что последний кусочек головоломки встал на место. Это как гладить бездомных кошек в переулках и танцевать под дождем. Будто прыжок в постель после тяжелого дня. Ощущение возврата домой.

Как океан танцует со штормом. Я буду танцевать с тобой. Мои волны будут обнимать тебя, пока ты не согреешься. Подобно клейкой воде. Или: Такемичи - русалка, которую Томан никак не может отпустить.

О, как прекрасно было раньше. Только ты и я далеко за морем. Воды, едва движущиеся. трепещущие неподвижно. Или русалка Такемичи в размышлениях о любви.

Когда Такемичи открывает глаза, он явно думает, что все еще спит или, возможно, медленно сходит с ума. Но, почему-то, три Майки из разных временных линий, все также смотрят на него. А после появляется мелкий, но тоже Майки...

Кисаки и Наото расспрашивают свою сестру обо всех своих племянниках и племянницах. У Такемичи есть проблема, это очевидно (хотя Хината не особо возражает, его племянники и племянницы очаровательны). Также во всем этом родители упомянутых племянников-племянниц ищут Такемичи, которой всё равно.

Чифую заболел и теперь должен был несколько дней мучатся с температурой в постели. Однако, почему то, в его комнате появляются четыре разных версии Баджи. Списав все на галлюцинации, мальчишка просто наслаждается приятной компанией. Можно читать как отдельную работу или же как некую экстру к фанфику "Парадоксальное явление"

Пальцы грубо толкались в влажную теплоту влагалища девушки, оглаживая стенки, которые сжимали её пальцы. Там мягко, тепло и влажно. Вот пальцы оглаживают шейку матки и Такемичи подбрасывает. Её чувствительность ещё больше возбуждает Ран, которая, о чудо, смогла заполучить этот лакомый кусочек первой. Как так получилось, что Такемичи Ханагаки сейчас насаживается на пальцы старшей из семьи Хайтани? Ох, очень просто.

Харучиё грызло любопытство, он знал что у братьев Хайтани появилась девушка. Однако никто не упоминал ни имени, ни внешности. И вот он наконец заявился в дом братьев пока те были на собрании. Успеют ли его спасти от разъяренной фурии?

— Он прямо как кот, не так ли, Куникида? — перебил Дазай, ухмыляясь, — Они забираются повыше ради удовольствия. Может быть, он даже начал бы сталкивать предметы, если бы мы положили их рядом с ним! — Я не кот, — возмущённо воскликнул Ацуши, — мне просто нравится сидеть на своем столе! Ему казалось, что он спорит с пустотой, два недоверчивых взгляда уставились на него в ответ. Или: Ацуши намного больше похож на кота, чем он думает.

— Это был не поцелуй, — настаивал Акутагава, — Расёмон просто... ударил тебя. По твоим губам. Своим ртом.

Вопреки мнению Куникиды, Дазай не был совсем уж отморозком и никогда не стал бы искренне предлагать двойное самоубийство девушке, которая бы на него согласилась. Но этот раз был исключением. – Прекрасная дева, не окажете ли вы честь одинокому страннику и не совершите ли со мной двойное самоубийство возлюбленных? – Почему бы и нет, – ответила «прекрасная дева» внезапно мальчишеским, ломающимся голосом. – Если, конечно, тебя не смутит, что я ни хрена не прекрасная дева.

Первая любовь Рана Хайтани как красочный фейерверк: слепит глаза и остаётся на языке терпким и жгучим напоминанием о том, кто они на самом деле.

И пусть Чуя был ошарашен, когда узнал о том, что Дазай - суккуб, это только расставило многие вещи по своим местам; даже если он сначала не верил чужим словам, потому что если эсперы были легендой среди мирного населения, то демоны были легендой среди самих эсперов.

В процессе вынужденной инвентаризации в стенах офиса детективы из ВДА обнаруживают пару вещиц, которые однозначно намекают: у Дазая кто-то появился.

- Хорошо, Чуя, - сладко поёт Дазай. - Ты прав, всё бывает в первый раз. Итак, мои мозги немного на пределе. Мне нужна перезагрузка, а ты - альфа. Позаботься обо мне.