— Тебя не смущает, что я глупый? — мнётся Сынмин. — И... не такой красивый, как... — Я думаю, что знания абстрактны, а красота в глазах смотрящего. Уверен, что Ремарк дуб дубом был в физике, едва мог объяснить, почему вещи не падают на потолок, но разве кто-то считает его глупым из-за этого? — хмыкнул Чан. au, где Сынмин очень неуверенный, а Чан его любит молча, что понять не так уж просто. И Сынмин постарается его понять, ведь Джисон когда-то понял Минхо, а значит, не всё потеряно.

Сынмин рассказывает все, что он увидел утром, опуская момент с отметиными, скрытыми сейчас плотной кофтой с горловиной и болью в поясничной области. — Офигеть. И кто эта девушка, с которой ты провел бурную ночь? — Вообще-то я думаю, что это парень. Чонин давится кофе, вытаращив на него удивленные глаза, и пытается откашляться. — А точнее два парня, судя по ощущениям.

В офис, где работает Чан, приходит новый стажёр: прилежный, сообразительный и скрывающий больше секретов, чем Чан мог бы себе представить.

Для Чана всё складывалась наилучшим образом, пока чёртова авиакомпания не потеряла его чемодан со спрятанными внутри подавителями и не поставила его существование как капитана университетской команды по футболу под угрозу.

может, чан коллекционирует всякие битые вещи?

Животные всегда избегали Чана по неизвестной для него причине. Нет, он не был плохим человеком, если только.. одиноким. Но всё изменилось после посещения одного приюта, где работает «волшебный человек».

Взгляд соскользнул в сторону кресел и Чан со смешком выдохнул имя раньше, чем успел разобраться со своими мыслями в голове: – Сынмин? Да, это была бы великолепная шутка над мистером Брезгливостью. Чан не видел его обнажённым, но представлял, что там, под оверсазной толстовкой, наверняка спрятано что-то хилое и плоское – не самый плохой вариант. Да и скорее в Чане играло желание поддеть Сынмина, которому вечно доставались лёгкие задания.

— Ну же, омега! Я твой истинный! Меня зовут Чан! А ты? Как зовут тебя? — А меня лучше не звать.

«Запечатление — это очень глубокое и интимное явление, которое подскажет тебе, что перед тобой тот самый. Оно происходит совершенно непроизвольно, когда ты этого не ожидаешь. Но от него не убежать. Тот, на ком ты оставишь свой след, будет для тебя всем.» Слова, сказанные дедушкой ещё когда Чану было лет десять, тихим отзвуком пульсируют в ушах. Чан тогда слушал дедушку как заворожённый, веря в это сказочное осознание чувств. Верил лет до пятнадцати, пока ему не сказали, что всё это ерунда.

Второе утро подряд Сынмина встречает цветочный аромат вместо привычного запаха учебников и застоявшегося за ночь в помещении воздуха. С одной стороны – это даже приятно, но с другой всё ещё трудно поверить, что цветы действительно предназначены ему.

Когда-то давно известный классик сказал, что весь мир – театр, а люди в нём – актёры. Обычный офисный работник Ким Сынмин сказал бы, что весь мир – зоопарк, а его дорогие (в рамках чёрного рынка органов) и любимые (в високосные года) коллеги – гиены. Правда, эта мудрость так и осталась невысказанной, потому что всё, что упомянутый Ким Сынмин мог сказать на текущий момент, успешно укладывалось в ёмкое и веское «Блядь».

— Ты ебаный психопат. — Это все, что успевает выдавить младший перед тем, как услышать треск своей кофты. // или история о том, почему Чан не открывал свою душу Сынмину до этих пор.

— Я скажу триста, — начал говорить, переводя взгляд с красивого заката на красивого Чана, — и отсосу у тракториста. Норм?

Ещё несколько недель назад Чан репетировал речь и покупал обручальное кольцо, а теперь он раз в два дня звонил человеку, с парнем которого Чану изменил его несостоявшийся жених.

[хогвартс ау] три фрагмента из жизни профессора чар ким сынмина и аврора бан чана и один взгляд на них со стороны

как говорят не-классики, "they could describe everything with one single word". этот сборник можно описать им тоже.

Сынмин не верил в любовь с первого взгляда. Он верил в логику, в книги и в то, что любые чувства можно разложить на составляющие. Но когда в студию вошёл Бан Чан — продюсер с широкими плечами и тёплыми глазами, — его система дала сбой. История о том, как два человека, которые не умеют говорить о чувствах, нашли способ сказать всё — через молчание, музыку и одну кружку, которую Чан наполнял снова и снова.

Не бывает ведь так, чтоб оборотень сам к охотнику в руки шел, верно? А вот в их лесах, оказывается, бывает. И оборотень не просто приходит — он притаскивает несколько цепей, самых толстых и прочных, чтобы удобнее было его на привязи до утра держать. Абсурд.

Чан — крутой продюсер, который смотрит на всех с отеческой улыбкой на лице, почти не спит и на одиннадцать лет старше его. Сынмин не думал, что у него, молодого и неопытного, есть шанс, но этот мужчина теперь его. [или AU, в которой Сынмин и Чан проживают свою лучшую жизнь на свиданиях и в поездках, а Феликс счастлив больше всех]

У Банчана глубоко укоренившаяся одержимость Сынмином, но проблема в том, что Сынмин об этом не знает.