Минхо нежен с ним. Нет дикости, что якобы свойственна омегам и альфам во время сближения, нет порывов страсти, с головой накрывающих и туманящих разум. Есть только они. Минхо и Сынмин. И их любовь. Безмерная, бесконечная, чистая любовь.

— Служба доставки «Суни, Дуни, Дори». Доставляем радость, радость, радость... — Пожалуйста, уберите нож.

И тут Сынмина бьёт поддых осознание, что Минхо и правда всё равно. Что бы он не делал на протяжении этого полугода, Ли всё также холоден к нему. Они даже не целовались. Обнимаются только когда рядом кто-то из парней. Посмотрите, у нас всё хорошо, мы любим друг друга, ага. Омега закусывает губу. Что бы он не делал — всё впустую. Он не нравится Минхо. И, возможно, никогда не понравится.

— Так сильно по мне скучал? Не хочешь, чтобы я снова уходил? — Мечтай, Минхо. Или Минхо, главный соперник и по совместительству проклятие существования Сынмина, вернулся на лёд спустя два года. Только почему-то доставать его перестало приносить удовольствие. Может, он не так уж и плох?

Сынмин ненавидит холод, Сынмин ненавидит Минхо. Сынмин ненавидит футбол. Сынмин ненавидит себя. Себя за то, что не может сказать о том, что он устал от этого. От поведения Минхо. За то, что не может уйти с ненасытного спорта. За то, что убивает самого себя. — Надеюсь, ты постараешься лучше перед матчем. — Надеюсь, к этому времени ты заметишь другие мои стороны. Желательно положительные.

Сынмин – милый и надежный бета их стаи, ради него они готовы на все. Или же Сынмин получает травму, и его стая заботится о нем.

У Минхо глаза-омуты, что мерцают не хуже звёзд на ночном небе. А Сынмин настолько ослеплён, что в упор не видит взгляда тёмных кошачьих глаз, прикованных к нему.

Минхо ощупывает взглядом наглую улыбку младшего, который самоуверенно смотрит на него с прищуром. Это больше похоже на вызов, потому что Минхо, чёрт возьми, не может придраться к Сынмину вообще ни по одному пункту. Этот щеночек — идеальнейший сосед. Но всё же есть один пункт, который смущает Минхо.

— Хочешь попробовать? Голос будто стал ниже на пару тонов. Шатен откусил небольшой кусочек, медленно перекатывая его во рту до тех пор, пока от него не осталось лишь сладкое послевкусие. Спустя секунду Сынмин, смотря прямо в глаза парня напротив, провел мороженым по приоткрытым губам, размазывая сладость по нежной коже. — Ну так попробуй…

Это было так несправедливо. Почему Минхо не может быть с ним поласковее хотя бы один день? Неужели Минхо не заботится о нем?   Или Сынмин плохо себя чувствует, а Минхо об этом даже не подозревает. Когда это становится невыносимым, Сынмин доверяется единственному человеку, у которого есть хоть какой-то рычаг воздействия на эту ситуацию.

Сынмин мог сказать, что он не понравился Минхо с первого дня. И не нравится до сих пор – спустя почти полгода, как он живет в стае Бан.

Сынмин закрыл лицо руками, пытаясь унять рыдания. Но каждый вдох вырывался с судорожным всхлипом. Он больше не мог притворяться. Он чувствовал себя прозрачным. Он был рядом с ними каждый день. Но будто бы вне кадра. Словно он просто фоновый персонаж в их жизни.

Ким Сынмин просто хочет быть идеальным Омегой, но в новой стае это оказывается не так-то просто. Готовьтесь к щемящим переживаниям, приправленным нежностью... ладно, нежности будет больше, чем кажется.

Сынмин умен. Очень умен. И внимателен. Он замечает всё: как мемберы обнимаются, заботятся друг о друге, волнуются, ловят влюблённые взгляды. А Сынмин… Сынмин просто рядом. Он просто есть.

Сынмин - их милый и надежный бета, ради которого они готовы на все. Или же Сынмин получит травму, и стая позаботится о нем.

У Сынмина выдался неудачный день, и он находит утешение в своих парнях.

Сынмин пытается взять Минхо за подмышки. Каждое прикосновение оставляет ожог, заставляет его чувствовать себя отвратительным и нежеланным. Горечь подступает к горлу. – Джисон, он пьян, и Убер уже ждёт, мы должны донести его, – говорит Ким. – Я не хочу, Сонни. Мне не нужен соулмейт, – говорит Минхо Джисону. Хан смотрит на него в ужасе, не в силах понять, броситься помогать другу или начать утешать Сынмина. соулмейт ау, где Сынмин и Минхо ненавидят друг друга

В глазок Сынмин не смотрит из принципа - и чтобы сразу выплеснуть всю злость за упавшую ложку -, так что открывает дверь сразу. Злость как рукой снимает, когда за дверью оказывается Минхо.

Сынмину требуется невообразимо много времени, чтобы понять, что бёдра Минхо чувствительны к прикосновениям.

Пять раз Минхо инстинктивно заботится о Сынмине, и один раз Сынмин уличает его в этом.