Петя сразу понимает, что их дорожки разойдутся, когда Илья очень серьезно сообщает ему о том, что Евгений относился к Татьяне с холодцом.

Школьное au, где Илья ловит краш на новенького нёрдика, Петя хочет спокойно учиться, а Розанов и Холландер решают любовные проблемы своего племянника.

Небольшой сборник драбблов и хедканонов о моём любимом Малиннике для поднятия настроения, лёгкой улыбки и ощущения комфорта.

Понял ли он, что упал? Нет, он вообще ничего не понял.

Как случайно брошенные отношения могут перерасти в клубок проблем? Очень просто, когда «снять напряжение» стало значить куда больше чем обычная ночь вместе. Любить — иногда терпеть боль

Всё самое интересное всегда остаётся за кадром

— Привет, перелетный... — начал Илья с улыбкой, которую репетировал всю дорогу домой. Улыбка умерла на полуслове. — Петь, что случилось? Не молчи, пожалуйста. Петр сглотнул. Илья видел, как дернулся его кадык, как он пытается справиться с собой. — Визу. Мне отказали в визе.

— Это нечестно! — Жизнь вообще нечестная штука. Особенно к тем, кто игнорирует своего парня полчаса после такой долгой разлуки. Или ночь, когда бороться приходится не за Олимпийскую медаль, а за внимание любимого человека.

Петя невольно засмотрелся как капли воды скользнули по губам Ильи, полным и слегка припухшим от холода, как тот облизнул их кончиком языка. Это было мимолётно, но Петя ощутил странный запретный прилив жара, который заставил сердце пропустить удар.

Илья Малинин уверен, что делает правильно, когда отправляет парню сообщение «Нам нужно расстаться», готовый сдаться. Только вот русские никогда не сдаются, поэтому Гуменник летит к своему парню через океан, чтобы лично разобраться в причинах, только плюсом к примирению их ждёт разговор и знакомство с родителями Ильи. И всё бы ничего, но его родителями оказываются Илья Розанов и Шейн Холландер, которые тоже проходили подобное двадцать лет назад и не очень рады повторению их судьбы.

Последний май перед взрослой жизнью.
Экзамены, выпускной, планы на будущее — и ощущение, что время утекает слишком быстро. Это история о первой любви, ревности, близости и страхе расставания — о том самом времени, когда «сейчас» ещё есть, но «потом» уже неизбежно наступает.

Илья — талант в олимпиадах по истории и языкам, но безнадёжно отстаёт по физике. Пётр — замкнутый отличник-«технарь», для которого законы Ньютона понятнее человеческих эмоций. Когда учительница назначает Петра шефом над Ильёй, между ними возникает напряжение. Однако долгие занятия в пустом классе, осенние дожди и зимние вечера постепенно стирают границы между «репетитором» и «учеником».

«И ради этого я готовился два часа?» — думал Илья, глядя в спину Петра, который уже сорок минут обсуждал с Владом тактику в новой игре. Чулки холодили кожу, терпение подходило к концу, и в ход пошла запрещённая техника: одна фотография в сторис для близких друзей.

эмбер и аделия истинные, которые наблюдают за своими горе-друзьями. может, пора помочь птенцам увидеть их связь? только, что делать, когда илья безумно стесняется, а пете стоит быть поразговорчивей?

Они встретились случайно, рано утром, четвёртого дня, на тренировочном льду и в тот момент пронеслась та искра, после которой оба поняли, что не смогут друг без друга

Илью самого трясет — от резких поворотов и высоких акселей, от Петиного взгляда, за который Илья цепляется после каждого элемента, от собственной программы, которую он вытачивал с особой грацией, зная, что она — чтобы его хотеть. Илья кайфует от самого себя, от того, как съедают его глазами зрители, от того, как принимает его лед, ведут коньки, от того, как Петя за бортом каждый раз отзывается ухмылкой, стоит на него только посмотреть.

Горячий шёпот, сбитое дыхание, пальцы, запутавшиеся в волосах. Они думали, что будут ужинать, но вместо этого едва не сожгли кухню — и совсем не едой.

Порой жизнь преподносит самые неожиданные сюрпризы и вместо медали с Олимпиады можно привезти теплые воспоминания о ком-то за океаном и большие надежды на общее будущее.

История о том, как двукратный чемпион мира Илья, сбежав из Америки с нервным срывом и пачкой сигарет, встретил в Питере русского фигуриста Петю, чье тихое «привет» на пустом катке оказалось громче всех оваций, к которым Илья привык.

Петя умеет держать контроль. Над словами, над чувствами, даже над собственными течками. Рядом с Ильёй Малининым это почему-то работает хуже.