Аль-Хайтам знал точно, сколько себя помнит, что сторониться – его удел. И он уверяет себя, что дело не в страхе взаимоотношений или неловкости. Уверяет до тех пор, пока его дом не кажется вдруг совсем пустым и тихим, неуютным и давящим. Пока его не губят собственные сны.

— Ты что тут делаешь? — Да вот, услышал всхлипы, пришëл к тебе, а ты спишь и плачешь. — Просто сон приснился. — Расскажешь? // Кавеху снятся кошмары, аль-Хайтам не умеет поддерживать людей, зато умеет слушать.

Кровать тихо скрипнула под весом второго человека, которого на ней быть не должно. Одеяло пропустило под себя холодный воздух, заставив сжаться сильнее. В спину уткнулись лбом.

И снова сон покинул Кавеха. Стоило ему вновь начать спать одному, как тонкие пальцы ночных кошмаров стали крепкой хваткой смыкаться на его шее. Аль-Хайтам совсем рядом — в соседней комнате — но они всё ещё в ссоре... Кавеху больно. Кавеху нужен он.

Завтра они вновь станут лишь сожителями, которые не могут спокойно жить друг с другом. Однако сейчас это не имеет никакого значения. Имеет значение лишь то, что Кавех постепенно успокаивается в объятиях Аль-Хайтама, и, кажется, начинает засыпать. Аль-Хайтам надеется, что Кавех будет спать спокойно.

Нельзя сказать точно, когда это всё началось, когда Кавех чуть ли не каждую ночь стал приходить в комнату к Аль-Хайтаму, получить успокоительные поглаживания по голове, но это и не сильно важно.

Кавеху приснился кошмар – его параноидный страх, совладать с которым ему не всегда удается. Во всяком случае, одному.

В решающий день, ведомый слухами, аль-Хайтам пришёл в таверну, но увидел лишь зелёное стекло винных бутылок. Кавеха не было: ни с ним рядом, ни во владениях Кусанали. Кавех сбежал, не желая своим существованием обрекать на проблемы последнее, что ему дорого. Но есть ли место счастью за дипломатическим занавесом Снежной? Кавех уверен, что да, раз уж аль-Хайтам иррационально остался рядом и следует за ним. Аль-Хайтам в Сумеру и уже год не представляет, где Кавеха искать.

«я, вроде, должен радоваться..но.. в горле был ком, а на душе неприятный осадок. ужасно. мне..так больно?»

Что-то иногда проскальзывает в глазах, жестах, голосе, что-то, что не заметили бы обычные люди, но Кави замечает. Он знает, что сосед много о чем умалчивает, не договаривает, но Кавех в чужую душу лезть без спроса не хочет, хотя, на самом деле, хочется до того сильно, что кончики пальцев на руках покалывает.

Он помнит мальчика-солнце, протянувшего ему руку в библиотеке. Он помнит яркого, амбициозного юношу, что был готов постоять за свои идеалы горой. Он помнит состоявшегося гения и мастера своего дела, заявившего о себе на весь Тейват. Аль-Хайтам помнит именно такого Кавеха. Таким, каким он и должен быть.

Когда нибудь Кавех точно будет уважительно относиться к новым заказчикам, но явно не сегодня, особенно когда этот заказчик бесчувственный барс.

— Для тебя это шутка?! — Воскликнул он. — Мои чувства… — Нет. — Хайтам сдвинулся и присел на край стола, расслабленно скрестив руки. — Мне просто интересно, почему ты всегда выбираешь гнев. Кавех непонятливо нахмурился и застыл на несколько мгновений. — Что?.. — Ты мог бы просто попросить.

Игра была местом их встречи. А встреча стала началом общей истории.

Кавех не просил помощи, но нуждался в ней отчаянно. Хайтам не просил близости, но принял её.

У каждого человека должно быть место, которое он мог бы назвать домом, где ему всегда рады и куда можно вернуться, несмотря ни на что. И у Кавеха, потерявшего такое место, появляется шанс обрести его вновь в доме человека, которого он больше даже другом назвать не может.

Кавех считает себя чудовищем. Человеком он перестал быть давно - люди, даже маленькие, не толкают радостно своих родителей к смерти, полнейшей апатии и полному разрушению личности и счастливой жизни. (В метках самое главное, но они не относятся все к одной истории)

Аль-Хайтам всегда ложится спать раньше Кавеха, но однажды просыпается от того, что тот тихо всхлипывает в соседней комнате. Между ними никогда не было разговоров о слабостях, но, может, эта ночь станет исключением?

Кавех возвращается домой после провального проекта — его мечты снова разбились о реальность, и он едва держится на ногах от усталости. Аль-Хайтам встречает его привычным равнодушием, но лишь до тех пор, пока…

У каждого поступка есть последствия. Что может произойти, если аль-Хайтам вернётся домой из исследовательской экспедиции с древним неизведанным артефактом?