Гарри всегда ощущал себя обычной бетой и завидовал другим гендерам. Пока новый, восхитительно сладкий запах не разбудил в нём омегу.

Глава аврората, он же герой магического мира - Гарри Поттер терпеть не может чужих прикосновений. Серьезно? Если да, то это самая занятная послевоенная травма, которую я видел.

— Давай поживее! Да не цепляйся ты зубами, дрянной мальчишка! Да, вот так... глубже заглатывай его... да, да-а... — Прошло уже несколько минут, как Гарри проснулся и очумело пялился на то, как Малфой грубо впихивал свой член в рот какого-то парня. Похоже, несчастный с курса шестого. Миленький, хрупкий, глазастенький.

Много ли нужно, чтобы изменить жизнь человека раз и навсегда? Несколько лет? Пара знакомых? А, может, достаточно лишь слова? Каково это, когда лучший друг использует тебя в качестве разменной монеты, чтобы защитить честь своей младшей сестрёнки? И что делать, если третья сторона сделки не так проста, как кажется?

Роме было мало. Он хотел оставить множество укусов и засосов на белоснежной коже, осыпать ее тысячей поцелуев и исследовать каждый сантиметр. Хотел завладеть этим телом, присвоив его себе, чтобы больше ни одна живая душа не смогла даже дотронуться до него.

Чжун Ли хмыкает, скользя пальцами по обнажённой спине, вдоль хребта, и Тарталье кажется, он сейчас ему всё нахрен сломает. Тарталья благоговейно дрожит от этой мысли.

— Господин Ли, ещё раз мой вопрос, между кем произошла битва на Босвортском поле в Лестершире? Сяо молчит. Какая нахуй битва в Лестершире, когда перед ним сейчас на коленях Итэр делает минет?

— Я, конечно, знал, что обладаю невообразимой притягательностью, но, Дилюк, не мог бы ты слезть с меня, а то, что-то, трудновато стало дышать. Тяжелое дыхание послышалось рядом с ухом Рагнвиндра, обдавая жаром. Аловолосый сразу понял, какие именно пары они вместе вдыхали.

Альберих уже ничего не понимает, лишь сильнее хватаясь за чужое тепло, как за последнее живое в этом черством мире, и продолжая бесконечно извиняться сорванным от крика и отчаяния голосом. Разве они пришли к какому-то полезному исходу хотя бы для одной из сторон? Спокоен ли теперь Дилюк, выплеснув всю боль на и так разбитом человеке? Спокоен ли теперь Кэйа, вывалив всю правду на и так раздробленную душенку того, кого считал братом?

Буря надвигается на Мондштадт, а Кэйа неожиданно возвращается.

История о болезненной влюблености человека в лиса, побеге и сорванной свадьбе

У Дилюка есть причины избегать вина, а у Кэйи — причины любить Дилюка и трезвым, и опьяневшим.

— Я совсем не враг тебе. Тридцать историй на каждую букву в алфавитном порядке.

Будучи Архонтом, обращать внимание на человеческие чувства — глупо и нелепо. То ли дело, когда теряешь божественную сущность, и начинаешь понимать что испытывают люди, у которых пытаются забрать нечто ценное.

Кэйа прекрасно знал, что ему здесь ничего не светит. С самого первого его дня в поместье Рагнвиндров было понятно, что он отличается от здешних обитателей. Они все были котами: мастер Крепус, его сын Дилюк, даже горничные, повара и другая прислуга. Гибкие и легкие, свободолюбивые жители Монда были все до единого обладателями кошачьего гена их древних предков. А Кэйа... Кэйа был всего лишь дворовым псом. Продолжение: https://ficbook.net/readfic/018af56b-c907-7241-ae20-a20bc1fb4399

— Правду говорят, что у Властелина Камня два члена? Чайльд подтрунивал. Нельзя же было воспринять всерьез, что у Чжунли… — Правду, — невозмутимо ответил тот.

Аякс широко ухмыляется, нахально проводя пальцами между своих ног; его волосы взлохмачены, а губы надломленно трепещут, когда он едва позволяет себе горько съязвить: — Я люблю, когда меня трогают, но не лезут в сердце.

AU! В которой Кэйя — пират, а Дилюк — лидер русалок. Чем всё это обернётся? Поживём — увидим.

За всю свою долгую жизнь Чжун Ли понял, что умение грамотно воспользоваться ситуацией, подкинутой судьбой, - залог успеха в любом деле. Чайлд, в свою очередь, понял, что долги бывают не только денежными.

По весне орут коты, аллергики и сдающие экзамены старшеклассники.