- Парень, работающий здесь настоящий профи и мастер своего дела. Он раньше на окраине города работал, а потом появились спонсоры и пересилили его сюда, как знали, что нарыли золотую жилу, потому что клиенты со всего города прут, даже постоянные уже есть. Дело в гору идет. А этот, - Чимин кивает на парня за стойкой. - В роли секретарши и охранника.

- Я просил тебя присмотреть за Чонгуком, а не трахнуть его. - Я его не трахал. Я за ним присмотрел, как ты и просил. Чонгукки на четвереньках никуда не выползал, в кусты и урны не блевал, и вообще я ручаюсь за то, сколько он выпил этой ночью.

Чонгук – неисправимый романтик с серьёзными намерениями, мечтающий о поцелуях на заднем сидении машины после свидания, о завтраках на двоих и о взаимопонимании, а Тэхён – простой работник секса по телефону, не любящий усложнять.

Чонгук — омега, жуткий сладкоежка, обожающий сладкую карамель и ненавидящий свой запах виски. Тэхён — альфа, которому безумно сильно нравится виски, но он ненавидит свой естественный запах карамели. В один прекрасный день они случайно встречаются, но как говорят «Случайности не случайны»

После двух лет чирлидерства, Тэхён знал всех, кто обычно посещал баскетбол. И, естественно, он не смог не заметить **его**. (Или Тэхён чирлидер, Чонгук недопанк, и Тэхён никогда не думал, что можно влюбиться так легко)

Трусишкам не стоит выходить на улицу во время хэллоуина или AU — «я работаю на хеллоуинском фестивале и должен ради веселья пугать людей, но я же не думал, что ты заплачешь»

просто тэхён дрочит на парнишку в сети. но не знает, что это младший братишка его лучшего друга, мечтающий, чтобы тэхён его наконец трахнул

Скажи кто Чонгуку, что его так обычно начавшийся день кончится пальцами на раздвинутых ягодицах того, по кому член давил ширинку уже без малого месяц, он бы ни за что не поверил. Но вот он, Чон Чонгук, ударник популярной рок-группы, сейчас вылижет её нового гитариста так, что тот не захочет его отпускать после этого траха.

— Хён, можно мне взять тебя за хвост? — скороговоркой выговорил Чонгук, ощутив на своём лице горячее дыхание. — За… хвост? — замер Тэхён, его рука в волосах Чонгука перестала кружиться вокруг ушей. — М-мне п-просто… Мне спокойней, когда я держу его, он… кхм… мягкий? — пролепетал Чонгук, и когда Тэхён открыл глаза, чтобы посмотреть на него, тот выглядел так, будто готовился к удару.

Влюбиться в отца лучшего друга. Казалось бы, Чонгук, куда ещё безнадежнее?

AU!, в котором Чонгук и Тэхён друзья с привилегиями, установившие фразу «я люблю тебя» как стоп-слово.

И ведь всё-таки нет ничего плохого в том, чтобы хотеть нравиться людям. Даже если за помощью придётся обратиться к самому популярному парню их универа, ну, тому самому, что до недавнего времени даже не знал, как зовут Ким Тэхёна — неудачника, ботаника, лузера, который, впрочем, готов, засучив рукава, стать охуенным.

— Король не выходит из своих покоев, — отвечает служанка. — Если вы забыли, то он оттуда не выходит уже практически пятнадцать лет, — закатывает глаза Чонгук.

Омегам на службе приходилось нелегко, но Чонгук со всем справлялся. Справлялся до тех пор, пока на горизонте не возник один весьма интересный объект, кому сначала хотелось щедро заехать по морде, чтобы стереть эту самодовольную ухмылку, а потом смело прокатиться на его члене, потому что горяч, сукин сын, что аж скулы сводит от желания.

Они стоят перед ним — такие одинаковые, но до ужаса разные — и широко улыбаются, предлагая себя. Большие и сильные, оба покрыты вязью тату и самодовольны до неприличия. А Тэхён... что Тэхён? У него под стёклами очков сейчас большие глаза, в которых застыл огромный вопрос, а под растянутым свитером и мешковатыми джинсами притаилось женское кружевное бельё.

Когда Тэхён влюблялся в одного из популярнейших парней своего универа, он даже и подумать не мог, что тот хранит парочку тайн, где с одной работать будет достаточно просто, а вот вторая разорвёт его глупое сердце в щепки из розового.

Приблизительно на этом моменте Чон Чонгук, двадцать лет, стример, понял, что цена его гордости — два миллиона вон, а причина её тотальной потери — строчки на мониторе, которые обращены к нему с ощутимой ноткой игривости. «Проведи для меня личный стрим, малыш. Хочу услышать твои стоны», — предложил завсегдатай под ником TaeTae. Два ёбаных миллиона вон перевёл этот парень, чтобы увидеть его, сука, член. А Чон Чонгук, двадцать лет, стример, всё ещё полуголодный студент. Честный студент.

— Так вот, значит, благодаря чему ты так хорош в этой игре, — и Тэхён хмыкает, бровь вскинув, глядя на всю ту непристойность, что открывается глазу. — Что-то вроде заговора на удачу, да? Оберега от слива катки? Мне нравится.

- Тебе нравится такое? – негромко спрашивает он, поглаживая забитой множеством татуировок ладонью острое колено Кима, выглядывающее из-под коротких полосатых шорт. Тэхён переводит на него короткий нечитаемый взгляд и жмёт плечами. - Это мило, что он ей разрешает делать такое. - Хочешь накрасить мне ногти?

– Так, вы хотите трахнуть меня? – Чонгук сглотнул, его потные ладони вцепились друг в друга в поисках опоры. Тэхён усмехнулся, его глаза горели нескрываемым озорством, когда он пропел своим невозможно глубоким голосом: – Нет, сладкий, я хочу, чтобы ты трахнул меня.