Если в Мондштадте не замечено ни одной лошади, на ком скачет капитан кавалерии Кэйа Альберих?

– М-муж?! - Хоффман заикается. – Сэр Кэйя, Вы вышли замуж за Мастера Дилюка? Когда? Как? Почему? – Хоффман, последний вопрос, как бы странно ни звучало, кажется мне оскорбительным, и нет, я не собираюсь объясняться.

AU, где Кэйа становится ребёнком. Капитан кавалерии возвращается из продолжительного отпуска, а на следующий день неожиданно для всех превращается в одиннадцатилетнего мальчика. Забота о нём ложится на плечи Дилюка, и теперь им обоим придётся справляться с собственными ошибками прошлого.

Кайя превращается в ребёнка. Дилюку приходится с этим справляться.

Люди Ли Юэ живут контрактами. Сердца людей Снежной ещё помнят об изначальной природе Царицы.

Он положил ладонь на обнаженную полоску живота, невесомо погладил её пальцем — обжигающий жар внутри слегка унялся, но так никуда не делся, как и пару недель назад, и Чайлд прикусил губу, надавив сильнее, сильнее, в бесполезной попытке добраться до того, что там... жило.

— Вы слышали об истории фестиваля Циси?, — загадочно сказал Чайльд, ковыляя пальцем своим маленьким друзьям-путешественникам. — Речь идет о паре влюбленных, которые могут встречаться только раз в год. Это очень старая сказка о Ли Юэ, но до меня доходили слухи, что эта история на самом деле основана на адепте и его возлюбленной. Они пара Альфы и Омеги, которая могла встречаться только раз в год. — Встреча Альфы и Омеги только раз в год?! - Паймон пришла в ужас от этой новости.

«Да, я ухаживал за тобой, — Чжун Ли усмехается. — Мне было интересно, как скоро ты это заметишь». Кажется, все вокруг знают, что Чайльд и Чжун Ли встречаются. Все, кроме самого Чайльда.

Рыцарь все равно зачем-то приходит к дверям Доли Ангелов, мнется на пороге, вслушивается в шум по ту сторону: в песни бардов, пьяные выкрики, стук пивных кружек… И не заходит. Разворачивается, словно и не сюда шел, куда-то в сторону собора плетется — возможно, хочет помолиться статуе бродяжки за счастье братца. Возможно, с этой самой статуи спрыгнуть без планера.

Сяо и Чайльд знакомятся с семьями своих возлюбленных.

Философия — предмет жуткий, с этим никто не спорил, не спорит и спорить не будет, а уж их преподаватель, пусть и был красив как бог, был слишком строг и отсутствия на своих занятиях без уважительной причины не прощал. И даже пандемия и последовавший за ней дистант ничего не изменили. И в свете этого Итэр совершенно не понимал, почему Аякс не посетил еще ни одной пары по философии, тем более что препод ему абсолютно точно нравился

Венти достает Чжун Ли тем, чтобы тот остановился около Макдоналдса. Сяо страдает.

Несколько лет назад он думал, что в маленькой квартире будет сложнее чувствовать себя потерянным и одиноким, чем в огромном коттедже, что стены перестанут давить, а пустое пространство не станет ощущаться так колко. Оказывается, дело было вовсе не в доме.

Итэр однажды сказал, что никогда не видел сэра Кэйю пьяным. Розария подумала: "И слава Архонтам".

Как молодой человек оказался в непонятном месте под коротким названием «Mond», напоминающим скорее непонятный притон для фриков, нежели обычный клуб, он совсем не помнит.

и кунсткамера превращается в планетарий.

— М-муж? — начал заикаться Хоффман. — С-сэр Кэйа, вы замужем за господином Дилюком? Когда это случилось? Как? И зачем? — Хоффман, твой последний вопрос прозвучал как-то оскорбительно, но я всё же не собираюсь перед тобой оправдываться за это.

— Теперь по городу поползет молва о том, как два мужеложца надули старого и уважаемого хозяина постоялого двора. Тебе ли не знать, как быстро распространяются слухи в этом городе,— придерживая архонта, он громко шептал ему на ухо, намеренно задевая носом холодную щеку,- Первый акт начался. Ты только не влюбись.

10 «Б» в этом году распоясался окончательно. Чжун Ли решает создать беседу, чтобы сплотить своих учеников. Школьный чат героев genshin impact.

в детстве кэйя твердо считал, что дилюк — мальчик из винной бочки, сотканный самой полуденной смертью. а годы шли, со временем реальность больнее саднила правдой. однако вот он — дуб из воспоминаний и дилюк, чей пьянящий хвост волос так и напрашивался, чтобы хозяина за него дернули.