На следующий день ему казалось, что он был готов: ночью сбросил всё напряжение в душе, вернулся мыслями к горящему дедлайну и попытался вбить себе в голову, что ни подтянутые икры, ни рельефный пресс с ума его сводить не должны, он прежде всего идёт работать, а не слишком откровенно сглатывать вязкую слюну. Но всё оказалось тщетно.

А что если увядание на самом деле влияет не только на состояние здоровья...

Кавех носится по дому, собираясь на встречу с Тигнари и Сайно, при этом как всегда препираясь с Аль-Хайтамом. Но во что может вылиться очередная ссора?

Чжуна Ли мучают кошмары, ежедневно приходившие ему во сне. И во время прогулки по городу он встречает Чайльда.

Как Барбадос умеет управлять иллюзиями, так и я могу проникать в чужие сны.

Горо предстоит провести встречу с фанатами, и он не знает, что читатели ждут очаровательную госпожу Хину, но никак не пса войны.

- мисс хина, сегодня мне приснилось как я держу генерала-пёсика за хвост, пока трахаю. как думаете, в реальности он заскулит точно так же или нет? - … - приди и проверь.

Кэйа ощущает, что он буквально падает в бездну. Его разум совершенно не такой холодный, как обычно. В животе — непонятные теплые ощущения, что совершенно не похожи на обычные ощущения при сексе. Парень действительно ощущает, словно бы в некоторые моменты, когда тот попадает по простате, он теряет сознание от чертового удовольствия. И он не знает — удовольствия от самого процесса или от того факта, что это делает Дилюк.

Дилюк рывком стаскивает с него перчатку, оголяя смуглую кисть, и с нежностью прижимает к своим губам: выцеловывает ладонь, лаская пальцы, и смотрит с таким теплом и обожанием, что внутри Кэйи всё переворачивается раз двадцать.

Если бы у него была возможность, он бы ни за что не пришёл переждать этот ливень в винокурню своего названного брата.

Буря надвигается на Мондштадт, а Кэйа неожиданно возвращается.

Кэйа вызывал лишь глухое раздражение. Слишком невыносим.

Лёд тает от пламени, а само пламя с радостью разгорается сильнее.