Ангине люди все подвластны. И Баки Барнс - вовсе не исключение.

Иногда стоит выслушать друга до конца...

Каждая пара выясняет отношения по-разному... Как это происходит у людей, мягко говоря, необычных?

Некоторые из воспоминаний Наташи правдивы, некоторые нет, но неизменно одно: холодная металлическая рука, нежно лежащая на ее спине, касающаяся щеки, крепко держащая за горло; убийца с кривой улыбкой и глазами как сама зима.

Когда Клинт предложил всем расслабиться, запастись алкоголем и устроить вечер игр, никто и подумать не мог, чем все закончится. — Ник Фьюри молится мне перед сном! — кричала порядком запьяневшая Наташа Богу Грома, пока Барнс вёл ее в спальню.

Стиву приходится спать в комнате Баки, потому что он единственный достаточно силён, чтобы удержать его во время ночных кошмаров. Но в какой-то момент Баки узнаёт, что если спать с Наташей, кошмары почему-то не снятся вовсе.

... а она всё никак не хотела соглашаться.

...и один раз, когда выругался сам. >— Это штрафная банка. В неё нужно кидать по доллару за каждое произнесённое вслух ругательство. >— Роджерс, что за д... — вздыхает Наташа, хмуря брови, но замолкает, когда Стив протягивает ей банку. — Дивная идея.

... и один раз, когда она взяла инициативу на себя. >О том, как Барнс оставил пять невинных поцелуев украдкой, а Наташа расставила точки над i.

Стив Роджерс считает, что Баки нужна помощь в восстановлении и крыша над головой. Тони Старк считает, по нему плачет тюрьма, и видеть в своей башне его не хочет. Наташа считает до трёх, выдыхает, и принимает безапелляционное решение: Барнс остаётся.

...и один раз, когда ему пришлось. >Немного о том, как Баки очень настойчиво пытался добиться расположения неприступной Наташи.

Иногда в жизни не хватает лишь маленького чуда - шанса, который ни в коем случае нельзя упустить.

— Есть одна вещь, которую вспоминать в одиночку нельзя, Джеймс, — Наташа сдаётся и произносит его имя. Так, как раньше. Глубокий вдох делает только больнее, но она продолжает. — Помимо счастливого прошлого и светлой дружбы с Роджерсом у тебя случались плохие дни. Самые худшие.

Вот так и должно быть. Всегда вместе, всегда рядом, оберегая, защищая, любя. И каждый готов убить любого, кто посмеет разрушить эту близость.

Еще немного, и нас вместе больше не отправят на миссии, Наталья.

- Может не надо? - в который раз спрашивает Баки. - Может, и так сойдет. Отточеным жестом Наташа проводит кисточкой раз, другой, и последний ноготь ее окрашивается в ярко-алый. - Разве я многого прошу, Джеймс? - критически оглядывает она свежий маникюр. Безукоризненно - как и укладка, и вечернее платье с открытой спиной, и тонкая нитка жемчуга на шее. - Всего то подстричься и побриться.

Наташа сделала всё, что смогла.

Что, если у Вормира есть свои законы, по которым он принимает или не принимает жертву? Что, если у Черной Вдовы осталось одно незаконченное дело на Земле, которое не отпускает ее в мир усопших? Что, если в мире живых остался человек, который доверился ей первой, когда еще не осознавал, кто он такой? Судьба вершит свои дела так, как угодно ей, но во Вселенной всегда есть эфемерида, по которой можно найти верный курс из любой точки.

Традиции возникают незаметно, но вскоре становятся незыблемыми. Зато у Ракеты всегда есть отличный повод навестить старых знакомых с Земли

Наташа не видела Зимнего солдата с момента всех событий в Вашингтоне. Она знала, что Стив ищет его, но он никогда не просил помочь ему в поисках. Это его прошлое, его друг. Для неё же, он — призрак прошлого, миссии. Но не той последней миссии, когда он стрелял в неё. Его способности впечатляли, но для неё он был всего лишь солдатом, машиной для убийств. Навыки, применённые когда-то против неё. Тот мужчина, которого нужно пощадить из-за Гидры, контролировавшей им. Ни больше. Ни меньше.