Почти ощущая у себя во рту вкус предстоящей аппетитной еды, Тарталья никак не мог предположить, что, придя домой к Чжун Ли на их совместный ужин, самому Чайлду придётся взять на себя роль главного блюда.

Насколько неловко по шкале от нуля до десяти было бы кончить от того, что лучший друг погладил тебя по коленке?

— Итэр, почему ты плачешь? — Потому ч-что… у Сяо есть парень!

— Итэр, это была моя последняя капля, — не прекращал шептать Сяо на ухо. — Ты же знаешь, как я ненавижу, когда ты упоминаешь мне их имена. Я тебя недостаточно удовлетворяю? Хочешь оставить меня?

У Сяо фетиш на длинные волосы. А Итэр и не против.

— И как ты справился с этим беспокойством? — подобрав очень тактичное слово для описания проблемы, одними губами прошептал Итер. — Беспокойство? — как-то слишком иронично хмыкнул Сяо. — Невозможно беспокоиться тысячу лет, — безрадостно покачал головой он.

Если Итэра попросят дать житейский совет, то он посоветует никогда не забывать полотенце, если собираешься идти в душ. Почему именно это? Спросите у Сяо.

«Да, я ухаживал за тобой, — Чжун Ли усмехается. — Мне было интересно, как скоро ты это заметишь». Кажется, все вокруг знают, что Чайльд и Чжун Ли встречаются. Все, кроме самого Чайльда.

Чайльд предлагает Итэру одеться как его жена в обмен на камни истока, чтобы Предвестник смог попасть на вечерний банкет. В итоге они начинают спорить и драться в раздевалке, где все события накаляются.

Его кожа горела, а кровь неистово жгла вены. Он упал на колени и оперся на меч, рукой бесполезно хватаясь за нагрудник. Он не мог привести дыхание в норму. Задыхаясь, он ловил губами воздух и тяжело выдыхал. Ему почти что хотелось смеяться. Кто мог знать, что поражение Пиро элементом подействует на него именно так. ИЛИ Итэр поражен афродизиакальным недугом.

– Меня возбуждают твои слезы. – Хорошо, допустим. Правда, я сомневаюсь, что тебе удастся заставить меня заплакать. (или: у Эфира обнаруживается необычный фетиш. Чайльд не против, очень даже за, да только вот объективно довести его до слез невозможно. К счастью, у Эфира есть свои методы).

Итэру поручена непростая агентурная работа, не за бесплатно, конечно же. Какой нормальный парень, в конце концов, решится идти на вражеский фронт в образе девушки? Его цель — предвестник Фатуи Чайльд, который добродушно соглашается на сделку с Итэром, требуя от него ‘особую’ плату. «Так ты всё-таки мужчина? Можно мне потрогать ещё раз?» «Тебе крышка, извращенец»

Чайлд ревнует Итэра к Томе, который, признаться честно, стал слишком часто нарушать личное пространство Путешественника: то кленовые листики ненароком уберёт с макушки, то начнёт флиртовать с ним, вплетая в златые волосы инадзумские цветы. Как только у Итэра находится свободная минутка для того, чтобы провести время со своим парнем, Тома тут же, ссылаясь на неотложные дела, забирает его, а затем, гримасничая, показывает Чайлду язык. Поцелуй в щёку становится последней каплей.

Их спарринги всегда заканчиваются либо потасовкой на кулаках, либо грязным, распутным сексом в полуснятой одежде прямо на земле – в пыли и поте, но сейчас, похоже, Итэр превзошел сам себя. Хорошо, что Паймон осталась в гостинице. Потому что предчувствие Итэра говорит об одном – то, что скоро произойдет, не для невинных глаз и ушей.

Если бы у него была возможность, он бы ни за что не пришёл переждать этот ливень в винокурню своего названного брата.

Это было странно, очень странно, но невероятно интересно. Прежде Чайльду казалось, что ему мерещится, но гораздо позже он понял, что нет, ему не казалось, волосы у Чжунли в самом деле периодически светились. Осталось лишь выяснить причину

Кайя часто вёл себя как полный придурок, и Дилюк давно уже ничему не удивлялся. Но откровенно клеиться к Полуночному герою — это слишком даже для него.

— В Снежной свои порядки и законы, — с улыбкой произнёс Чайльд. — Той землёй правит лишь жестокость. Там нет места пощаде. Но пока мы во владениях, где люди повинуются контрактам, ты можешь быть спокоен...

- Ахахах, только не говори, что это для Паймон. Итэр раскраснелся, но все таки вымолвил довольно смело - Это… Я хочу попробовать это на себе.

— Эй, так, гипотетически, ты хотел бы принести эту свою сторону в нашу сексуальную жизнь? — спросил Чайльд, момент казался таким же хорошим, как и любой другой, тем более, что это желание, кажется, не исчезнет в ближайшее время. Это быстро вывело Чжун Ли из боевого режима. — Объяснись.