“Встречай, Старр-парк, своего нового работника! Этот скромный малый, мечтающий стать популярным актёром, точно прийдётся вам всем по душе!”

сломан и разбит.

Они всегда были и будут друзьями...

Тогда-то Джо Джа Хён понял, что спать рядом с ним, есть самая настоящая катастрофа.

Летит на пол и разбивается не только кружка, но ещё и сердце Минхо, которое звонко разлетается на мелкие осколки и больно режет изнутри.

Все сидят спокойно до тех пор, пока Минхо снова не поворачивается лицом к Джисону, держа при этом в губах кусочек попкорна: — Давай, возьми у меня, — еле проговаривая фразу с занятым ртом, обращается он к Хану. — Нет, ни за что. — Даже этого не сделаешь? — неожиданно для всех спрашивает Минхо, ведь ни стаффу, ни рядом сидящему Феликсу не понятно, от каких еще интересных предложений отказывался парень.

Как я могу оставить тебя в таком состоянии? Ли Минхо, перестань тратить время на тревоги о будущем или прошлом, сосредоточься на настоящем. Несмотря на постоянную боль, даже если это цена за то, что я тебя люблю, я без проблем отдам тебе все.

⠀ – Можно. Тебе, – он делает многозначительную паузу, неотрывно сверля глазами, будто молниями, – можно всё. ⠀

— Послушай, — начал Минхо, стараясь привести мысли в порядок, — ничего страшного не произошло. Это рабочий момент, я понимаю, что иногда заносит. Бывает. Просто… у фансервиса должны быть границы, — он помолчал и закончил как-то слишком уязвимо: — и мне эти границы нужны.

Сынмину требуется невообразимо много времени, чтобы понять, что бёдра Минхо чувствительны к прикосновениям.

Все чаще Джисон цеплялся за то, как Хо, обнимая Ёнбока или поглаживая его по волосам, говорил тихое и вообще-то смущающее, вроде как очень личное, «Котик», или что еще хуже, по мнению Хана, конечно, «Котенок». Он честно пытался заглушить появившиеся в груди чувства обиды и... ревности? Но совершенно не мог с этим справиться, пока сам Минхо не объяснил, почему же не может называть Джисона своим котенком.

Кровь алая и густая размазывалась до самых локтей, пачкала белоснежную ванну и продолжала жадно лизать металл. В темноте блеснули оскал и свежий открытый шрам вдоль синего глаза Нептуна. – Ты же так этого хотел. Поэтому я всех убил.

Когда Джисона поселили в комнату к Минхо, Ли был рад, заметив вполне нормального и адекватного парня, но он даже и предположить не мог, что этот нормальный и адекватный парень каждую ночь будет стонать во сне.

Ноздрев размахнулся рукой... и очень бы могло статься, что одна из приятных щек нашего героя покрылась бы несмываемым бесчестием; но Ноздрев схватил Чичикова за руки и развел их в стороны, подошедши ближе. Тот час же он приблизился и поцеловавши Чичикова немного отодвинулся.

— Так… почему Винсент? — негромко спрашивает он, но в ответ получает негромкий храп. — Блять, — вздыхает Чонгук, откинув голову на спинку сиденья и прикрыв глаза.

от них остались раскраски, отзвучавшие песни, огромный свитер мелкой вязки, кассета 2002 года с французским мюзиклом «roméo & juliette: de la haine à l'amour» и драконы.

Джисон – натурал до мозга костей. Ну... только когда Минхо нет рядом.

– Что, если мы сделаем вид, что встречаемся? – Ты ведь не серьёзно… – Сам посуди, ты сможешь остановиться у нас на сколько угодно. Бесплатная еда, бесплатное жилье. Я сведу тебя с Хенджином. Родители… ты видел, как они счастливы за меня? Мама уже обожает тебя! Если разыграем влюбленную парочку, – только до Рождества, обещаю, – все будут счастливы, я ведь прав? Или история о том, что случается, когда при знакомстве с кем-то в интернете ты присылаешь чужие фотографии.

— Сезон спаривания тупорылых змей наступит раньше, чем ты себе в этом признаешься. Или о трудностях взаимоотношений с рациональным до мозга костей вынужденным соседом, о жгучей внутренности калёным железом ревности и о подарках, которые, возможно, подтолкнут к чему-то большему, чем каждодневные препирательства.

— блять, минхо, ты серьезно?