AU в котором герои, которые предназначены друг для друга являются соулмейтами. В моём случае у соулмейтов будет окрашиваться прядь волос на голове.

Венти — всего лишь бард, ублажающий своих слушателей задорными песнями. Рекс Ляпис — всего лишь Архонт, на коленях чьей статуи ночует один бард.

Сайно внимательно наблюдал за ним. Пушистый хвост словно гипнотизировал, заставляя смотреть и смотреть.

О шрамах от молний, смене ролей, заботе через силу и чувстве вины за то, за что не стоит извиняться // или о Сайно, который возвращается в Гандхарву к раненому Тигнари

– Хайтам… Я уставший пришел домой после долгого пути. Купил нам вина на вечер. А наткнулся на закрытую дверь. И даже запасных ключей не было. Зачем мне дальше возвращаться в этот дом, если меня тут не ждут? Почему я должен смотреть на других и завидовать? Почему кто-то счастлив, а я – нет?

Кавех ходит на свидания и вкусно обедает за чужой счет, аль-Хайтам работает и не-ревнует-не-своего-парня.

Кавех жалуется на очередного нерасторопного кавалера, а Аль-Хайтам рассказывает, каким должно быть идеальное свидание. С ним, но вдруг Кавеху это пригодится.

— Тебе стоит научиться брать на себя ответственность, Кавех. За свои слова. Действия, — Хайтам ведет одной рукой выше, к тонкой шее и на загривок, чтобы уже там, схватив пряди волос, сжать их крепко и оттянуть.

Поцелуй в библиотеке

Кавех устал после длительной работы в пустыне. И все, чего хотел после сложного проекта - наконец-то оказаться дома. После начала совместной жизни мужчины сблизились... немного сильнее, чем того позволяют правила приличия Академии. Кавех привык к соседу и сейчас был бы рад его присутствию, наверное, даже нуждался в этой отдушине. Однако дома не оказалось никого. И на что он надеялся?

Стараясь справиться с болью от потери гнозиса и стремительными переменами в мире, Барбатос предлагает Мораксу отправиться в путешествие по Тейвату, чтобы разобраться в себе и понять, что же каждый из них хочет получить от человеческой жизни.

У дома Камисато существовал целый лист запретов. Но даже так Тома находил для себя некоторые послабления

Син Цю читает. Чун Юнь внимает каждому слову.

Дилюк думает, что с Кэйей что-то не так. У мужчин не бывает настолько тонкой талии, настолько изящных движений, настолько обольстительной улыбки. Дилюк думает, что с ним что-то не так. если говорить короче просто влюблённые тин кэялюки и мой плохой юмор

- Ты не передумал? - наконец спрашивает Кавех. Смотрит подчеркнуто небрежно, чуть вскинув подбородок. Будто бы уже готовый к тому, что это все одна большая шутка. К тому, что его сейчас развернут на пороге и отправят на улицу, и ему придется гордо усмехаться, стреляя глазами, и оправдываться, мол он знал, что так и будет, и пришел вообще-то лишь за тем, чтобы посмотреть на выражение лица аль-Хайтама. Переиграть попытку столь примитивного подъеба.

Мехрак – покореженный автоматон, которого Кавех подбирает на одной из предыдущих планет - согласно пиликает, вторя своему хозяину, и знай аль-Хайтам язык его двоичной системы, непременно бы услышал в свой адрес парочку ругательств. - Мнение неживого объекта не учитывается. Пилик-пилик – «сам ты неживой объект, табуретка бесчувственная».

Жить с альфой, не имеющим пары, — та еще задачка. Временами Кавех справляется. Временами все идет кувырком//AU лев!Кавех и тигр!аль-Хайтам

Аль-Хайтам лишь проводит большим пальцем по щеке - Кавех больше не может. Он отпускает его руку, чтобы сомкнуть собственные у него за шеей, повалить его с грохотом на землю, оказаться ближе, осознать – вот он здесь, абсолютно и железно с ним, живой, всё такой же ворчливый, уставший, непомерно злой и…

На турнире Кавех признается, что очень не любит, когда трогают его волосы. Нехорошие воспоминания из детства, теряется идеальность образа, нежелание лишней тактильности... Причины звучали убедительно. Но у одного человека оказывается гораздо больше прав.

О Кавехе, которого побеждает бухгалтерия, и об аль-Хайтаме, у которого на всё есть Собственное Важное Мнение. // или пост-турнирная зарисовка про то, как стремление Кавеха пожертвовать деньги на благотворительность сталкивается с жестокой реальностью.