Уже в который раз Дэйв попадает с передозом в больницу. Уже в который Алан раз молит все и всех на свете, чтобы этот придурок выжил. И теперь Ал твердо настроен, чтобы Гаан лег в центр на лечение.

Логово Сайфера это далеко не одна маленькая лаборатория в штабе Протокола. Логово Сайфера уходит корнями глубоко в недры Глобольной сети и практически иссушает её. Но с недавних пор, у Сайфера появилась одна яркая и достаточно занимательная цель.

Мысли о тебе, столь возбуждают, что моё вино превращается из красного в розовое, как оттенок сегодняшнего заката.

When he goes down on me.

Доверие раскрывает чувства на полную катушку. Силко подталкивает себя к краю, разбираясь об собственный контроль, и не забывает хвататься из последних сил за Вандера. Тот то знает, как правильно его направить.

Когда-нибудь Чембер поймет, что секс между ними – отдушина обоих, ничего больше. А пока он играет в недотрогу, ничего кроме. Йору – любовник, в котором Чембер хочет исчезнуть, спрятаться от самого себя.

Чамбер не мог понять ненавидит он Йору или тот его попросту раздражает своим нетипичным поведением для любого другого агента. Другие обычно держатся этих глупых масок приличия и вежливости. Но Йору позволяет себе молчаливо хмуриться и уходить оставляя Чамбера без ответа. Это начало его выводить и заводить.

— Минутами ранее ты был смелее. Не оставляй меня с этими чувствами наедине, пожалуйста. Я хочу эту ночь, эту свободную ночь провести с тобой, пока могу, пока нам обоим это дозволено и возможно, пока я могу касаться тебя. Вот так. — И ладонь, что за плечо приобнимала, вводит в волосы его, хвост небрежный распуская, глубже в них забираясь, пробираясь, поглаживая. — Я тебя никуда не отпущу.

- Он какой-то странный в последнее время, - говорит Рампо, закидывая себе в рот конфету. - Может быть девушку нашёл.

В городе появляется новая преступная группировка, Мори не может никому доверять. Никому, кроме одного человека. Обратиться за помощью к врагу может быть сложно, но еще сложнее принять, что возможно ты испытываешь к нему нечто большее, чем ненависть.

По условиям новой сделки Карл остаётся с Ниганом, обещая стать одним из Спасителей, но его всё ещё раздирают противоречия. [Первая часть цикла].

Каждый, кто сделал тебе больно — покойник. Укрою тебя пледом, посажу на подоконник Залезу под свитер, в самое сердце... *** — Вижу, с ним ты не церемонился. Глеб бросает на неё невнятный взгляд, нервно усмехаясь. — Собаке, — Говорит он, подбирая с пола брошенные вещи и доставая из рюкзака то продолговатое «что-то», — до Мэри долго доходило, что это ничто иное, как бита, с которой она видела его некоторое время назад, — и бросает в железную бочку, стоящую в центре. — Собачья смерть.

У них была традиция – а у каждой такой традиции, как известно, есть давняя очень интересная история, которую уже вряд ли кто-то вспомнит. Каждый год десятого января Мори отправлял в агентство красивый пышный букет цветов – каждый год семнадцатого февраля он получал в ответ простенькую открытку, потому что директор Вооруженного Детективного Агентства всегда был выше этого. Так какая, скажите на милость, муха укусила его в этот раз?!

Юкичи и Мори разговаривают редкими вечерами. Звонит всегда Огай и бросает трубку тоже всегда он. Это их негласное правило, ещё с тех времен, о которых они не говорят в слух.

Возможно ли выразить всю полноту чувств лишь двумя именами и множеством нетерпеливых касаний?

День выдался тяжелым, а ночь — холодной. Настолько, что сегодня Майки даже разрешит Харучиё спать в одной с ним кровати. По-настоящему Майки не подпускал близко практически никого. Даже, признаться, собственную тень — и ту, тем более её, — держал поодаль. Харучиё был ему ближе себя настоящего.

Тридцатое августа. Какучё, ты помнишь, что было тридцатого августа? Помнишь ли прошлое лето, позапрошлое? А лето более двенадцати лет назад, помнишь? Кажется, то лето ты помнишь лучше, чем все недавние, чем даже то, нынешнее, что и закончиться-то не успело.

С вероятностью в девяносто процентов Сова проснется завтра один, в холодной постели. Будет искать того, кто ему нужен, но лишь для того, чтобы в конечном итоге, услышать от Сайфера, что гаденько хихикает, правду. Узнать, что Чембер на миссии в родной стране. Миссией, длиной в несколько недель.

Краткая выдержка из жизни Альберта Вескера

Вескер влюблен в своего лучшего друга