соулмейт - существительное. Человек, сделанный из такой же звезды, как и ты. //КурооКен AU, где последние слова соулмейта, которые он скажет, появляются на коже другого соулмейта, когда тому исполняется 16 лет. Кенма и Куроо всю жизнь пытались понять, что это может значить.

Сон не приходил так же легко, как раньше. Бокуто знал это, Акааши – тоже. Больничная!АУ, которую никто не просил, и которую поэтому я написал.

— В общем, если быть совсем кратким, то лет в пять я написал себе список дел, которые должен успеть сделать до совершеннолетия. А это самое совершеннолетие, как я посчитал, будет через десять месяцев и двадцать девять дней! — И к чему вы ведёте, Бокуто-сан? — Я свои обещания обычно держу, значит, нужно выполнить.

С тобой я могу позабыть об одиночестве и омрачающих вещах. Наши с тобой крылья пробились через страх, боль и осуждения, и теперь они несут нас к свету. Даже если тяжело и больно, мы полетим, мы сможем. И если ты будешь держать меня за руку, мне больше ничего не страшно.

Ибо не уверен, что именно стало причиной на этот раз. Он заметил, что Сяо Чжань в последнее время стал тише, а его бессонница была хуже обычного. Сяо Чжань настаивал, что всё это пустяки, и хотя Ибо знал, что это не так, он не мог выпытать у него правду. Но теперь Сяо Чжань пропал, и Ибо не может отделаться от ощущения, что что-то очень, очень неправильно.

Сяо Чжань всегда был уверен, что их история с Ван Ибо закончиться настоящим хеппи эндом, таким, как это показывают в голливудских фильмах, однако он не был готов к тому, что на операционном столе окажется его самый дорогой в жизни человек.

Однажды к психотерапевту Сяо Чжаню пришёл парень, который хотел умереть. С тех пор жизнь Сяо Чжаня разделилась на «до» и «после».

Сяо Чжань влюбился в прохожего. Влюбился сильно, намертво. Влюбился навсегда. У Сяо Чжаня есть свои причины, почему они не могут быть вместе.

Тихо,темно, больно и глупо. утонул в своем несчастье. Он практически не выходит на улицу. Его запах везде,он сам везде

- Твою мать, просто определись. — Ивайзуми пытался контролировать свой голос, но тот становился всё громче и громче с каждым прошедшим мгновением. Особенно, когда его лучший друг вел себя невероятно капризно. - Хм... Как насчёт объятий с сотнями котят? — Ойкава поджал пересохшие губы.

Может Ван Ибо и был восходящей звездой полиции, внушающей трепет и уважение, но для доктора Сяо Чжаня он был всего лишь надоедливым мальчишкой, ищущим медицинской помощи даже для банальных порезов бумагой. – Доктор, у меня разбито сердце. – Тебе стоит обратиться в кардиологию.

"Кроличья Нора" - порождение виртуальной реальности и человеческого греха. Однажды упав в нее, ты не сможешь вернуться, а если тебе это все-таки удастся, никогда уже не будешь прежним. "Не зря веб-ресурсы утверждали, что"Страна Чудес" входит в топ-5 самых коварных уровней “Кроличьей норы”, почетное третье место. Хуже были лишь “Пена дней” и “Бесконечная карусель". Ибо успел побывать на всех трех".

В Поднебесной меньше недели назад наступила долгожданная весна, несмотря ни на что беспрекословно заявившая свои права, оказывая влияние на настроение всех вокруг. Никто не верил в слабые пока предвестия. Но вирус никого не спрашивал и ни на что не смотрел.

Когда растешь в стране, что представляет собой горсти костей, разруху и пепелище, то проблема отцов и детей не стоит ребром и поперек горла. Но сколько бы ни пытаться игнорировать, прятаться, убегать, выбор сделать придется. История о троице, появившейся на свет, чтобы сеять хаос, что стала семьей друг другу пусть не от рождения, но связь их куда крепче кровной. Путешествие в события, что оставили за собою легенды.

Он слегка ненавидит себя за то, что когда всё началось, он изучил схему. За то, что знает, что будет, если они что-то не придумают. Что он умрет где-то после заката. В темноте. Он никогда не хотел умирать в темноте.

Сидя на полу с запрокинутой на кровать головой, Кэйа невидящим взглядом смотрел в потолок, наблюдая за тускнеющими разноцветными пятнами, плясавшими перед глазами. К горлу подкатывала тошнота, и было неясно, вызвал ли ее наркотик или Альбериху было тошно от самого себя, от того, на какое дно он опустился. Стыдно ли ему? За зависимость — нет, за свое существование — еще как.

Следы на снегу вели его всю жизнь.

Кэйа отправляется на очередную вылазку, игнорируя как предупреждения Дилюка о серьезности задания, так и свое собственное состояние после повреждения Глаза Бога, ныне отравляющее его тело.

— Эй, мастер Дилюк. Я же принц, в конце концов. Как думаешь, что мне нужно сделать, чтобы весь Мондштадт мне кланялся? — Перестать выпивать здесь до звёзд перед глазами. Глупости говорите, капитан.

Кэйе нравилось любоваться собой в объективе камеры, пока Дилюк ловил ракурсы и тонул в сапфировых омутах, запечатляя изгибы обнажённого тела, карминовые мягкие губы, взмах чёрных ресниц. Нередко Рагнвиндром овладевало желание почувствовать восторг лишних глаз, показать всему миру эту томную и волнующую красоту, но что-то внутри противоречило страстному порыву: он жаждал поделиться своей пьяной одержимостью также, как и хотел, чтобы никто не видел эти фотографии, за исключением его глаз.