— Федь, нихуя у тебя губы в кровь искусаны! — Ну так вылижи их.

— Извольте подвинуться, блять, уважаемый, — его тонкие и в порезах от бумаги бледные пальцы, покрасневшие на фалангах, сжимают сигарету и вынимают изо рта, а голос его хрипл и низок от многолетней пагубной привычки. — А не охуели ль Вы со своими запросами, милейший? На землю-матушку присядете — не обломитесь, — Гоголь усмехается, и по сравнению с голосом Фёдора его голос высокий и звонкий. Ему нравится дым — и чёрт с ним. Он убивал слова сначала, от него голова кругом, но Коля привык.

-Ты знаешь, время почти пять часов утра, а чем мы занимаемся? -Ну , мы лежим на кровати и обсуждаем цитирую: "почему яблочный сок популярней апельсинового, хотя апельсиновый вкуснее" . А ещё мы пьём чай. И я уже минут двадцать горю желанием заплести тебе нормальную косу , а то она почти распустилась. Взрыв на макаронной фабрике. -Не на макаронной, а на фабрике по производству сахарной ваты! Где ты видел белые пушистые макароны?!

— Не думаю, что он вообще меня знает — Федор отвёл взгляд и неловко рассмеялся. — Ты сбегаешь в другой город, чтобы встретиться с тем, кто даже не знает тебя? — Иван ошеломленно уставился на Федора и развел руками. — Ты сумасшедший! — Не спорю, — он улыбнулся.

Этого студента с филологического факультета и третьего этажа общежития по совместительству побаивались и студенты, и даже преподаватели, стараясь лишний раз ни о чём не спрашивать и обходить стороной. О нём ходили такие жуткие легенды! Что, мол, его кожа настолько холодна, что руки для согреву он опускает в кипяток... С ним свободно общалась лишь интеллигентная староста группы, два его товарища-соседа по комнате и новенький студент по обмену со странной кличкой Сигма, у которого не было выбора.

Два дня. Они не разговаривают уже как два дня. С момента ссоры никто не проронил и слова. Расселись по разным углам квартиры и стараются как можно меньше контактировать.

Курить поздней ночью, стоя на балконе, уже стало какой-то привычкой. Тонкая струйка табачного дыма поспешно поднималась с горячего кончика тлеющей сигареты, желая скорее смешаться с ночной мглой.

Гоголь потерял способность говорить ещё в далёком детстве, но это никак не мешает Фёдору любить его

мини флафф по моим любимым мальчикам!)

Гоголь приходит несколько раз в неделю. У этого нет системности или чётких дней, зато есть понятная всем в «смерти небожителей» причина: Фёдор Достоевский. Сигма не знает, и не хочет особо знать, что и как происходит между этими двоими, но он всегда приходит после. И Сигма всегда его принимает.

- Ты наказан, милый мой, - с нежным спокойствием произнес Фёдор и, развернувшись, подошел к тумбе, - я предупреждал тебя, что будет наказание, если ты придешь поздно? - И что я должен делать? - Все, что я скажу. Ложись на кровать. - Это твое наказание, милый, - прошептал Фёдор ему в губы и больно шлепнул по

Гоголю нравится мокрый Достоевский и это не самое приятное чувство внутри. Николай снова снизу, и он боится, что такими темпами они что-то друг другу сломают. Плевать.

Сигма не хочет быть один. У этого желания есть вполне закономерное решение. Тем более, что Гоголь, кажется, его избегает.

о минетах в туалете, русской душе и боженьке.

Проигравший в карты — дурак. Проигравший в русскую рулетку — мертвец. А тот кто проиграет в сражение идеалов? — Скажиии, Дос-кун, ты расстроешься, если этот выстрел окажется последним в нашей игре?

Он и сам не понимал, почему так происходит, но бывали вечера, когда эти самые руки будоражили его воображения, сводя с ума...

-Очередные капризные представления,Николай?-холодным тоном произносит эспер,смотря прямо на самодовольную улыбку напротив. -Дос-кун,угадай,что я хочу! Правильный ответ...

Стоит только подумать, что ты знаешь клоуна, как он тут же подкидывает новый сюрприз.

Если он и не против быть в клетке, то только с Достоевским.

Я схожу с ума, мне кажется. Федь, я же все так же красив, как полгода назад?