Юци не хочется отдавать сцене свой первый поцелуй.

что делать, когда твоя девушка задрот? тэхён знает ответ и готова поделиться своим секретом.

Чимин исполняется 18 лет.

- Просто… - Юнги морщится, подглядывая на неё. - В следующий раз бери закрытые бутылки пива, ладно? И обращай внимание на лёд. Он не должен быть на дне стакана, если напиток нормальный. Хотя лучше не принимай напитки от незнакомцев и просто бери пиво. Так безопаснее.

У Мин Юнги проблем нет. Зато у Пак Чимин, что сидит с ней за одной партой на математике, проблем больше, чем звёзд на небе.

Но потом в их класс пришла новенькая – Мин Юнги – и всё окончательно пошло по пизде.

Если кто-нибудь спросит, зачем Юнджи сюда пришла, она не ответит. Потому что говорить: «Одна девица забрала мою зажигалку, а возвращать её согласилась только за свидание» — будет полуправдой. Нет, зажигалка у Джимин. И она сказала, что вернёт её после свидания. Но ради зажигалки ли идёт Юнджи к реке, в место скрытое от посторонних глаз?

Джимин сходит с ума. Да, она знает это. Намеренно делает шаг с обрыва вниз, когда смотрит в глаза Юнджи. Там звёзды и галактики из блестящих слёз, покрывают толстым слоем усталость и боль на дне зрачков. Она сорвалась. Всегда срывается на ней. Потому что ненавидит магнит, спрятанный в душе, тот, что тянет в объятья девушки, а не парня.

Они пересекаются случайно на вечеринке, устроенной Сокджином. Джимин не хочет даже думать по какому поводу, слишком уж подозрительно присутствие Юнджи и Намджуна в доме, того кому она рассказывала о своей глупой, неудачной влюбленности. К тому же отчитывать Сокджина бесполезно, тот слишком уверен в себе, а еще чересчур невозмутим и все вопросы отражает играюче раздражающим: «Ой та нафиг вы мне сдались? Сводить вас еще».

- Хей, прекрати, - Плеск резонирует о бежевую плитку на стенах и смешивается со звенящим в полутьме высоким голосом. На сожмуренных глазах начинают блестеть слёзы, смех становится громче, брызги больше и в какой-то момент руки, на которых давно пошла складками кожа, замирают. [Набранная ванна, персиковый аромат и одна огромная нежность на двоих.]

- Альфа растёт, – с гордостью говорил отец Чимин. Юнги мысленно соглашалась. С Чимин – как за каменной стеной. И если Чимин росла альфой, то Юнги, совершенно очевидно, будет омегой.