Гермиона и Рон решают добавить красок в их семейную жизнь. Они должны были встретиться в баре, находясь под Оборотным, и заняться сексом в туалете. Но вышла небольшая заминка, и они не рассказали, кем будут под действием зелья, полностью желая воссоздать эффект неожиданности. История о том, как Драко крупно повезло, когда он решил выпить несколько шотов в одиночестве после трудной рабочей недели.

«Они растерзали её, а затем стёрли все воспоминания обо мне, словно передав послание. Послание, которое разрушило мою жизнь. Послание, которое разбило…» — Драко осёкся. Блейз понимающе кивнул и закончил за него: «Которое разбило тебе сердце».

Драко Малфой был влюблен в Гермиону Грейнджер. Он не знал об этом. Она не знала об этом. Но Блейз, о Мерлин, как же Блейз об этом знал.

Ночные судьбоносные разговоры в комнате старосты девочек, или три раза, когда Драко Малфой видел Гермиону Грейнджер в одной простыне. Крики, вспышки ярости, сны, родственные души.

Собери их и живи с этим

Обычно, гуляя у моря и слушая крики чаек и мерный шум волн, ей казалось, что мир вокруг настолько огромен, что она не ослепла, а пугливо закрыла глаза, чтобы не видеть этого. В такие моменты, Гермиона чувствовала себя очень маленькой и беспомощной перед силами природы. — Как ты думаешь, Драко, что там? Что я увижу, когда умру? Я вообще буду видеть на том свете? — спросила она однажды. — Грейнджер, там будет то, во что ты веришь…

— Ты всё равно продолжаешь уверять меня, что всё будет хорошо. Ничего больше не будет! Драко, — она судорожно вдыхает побольше воздуха в грудь и касается моей щеки, — Драко, очнись. Я умираю.

"Но ты, Драко Люциус Малфой – любовь всей моей жизни, будешь жить дальше и помни, что я всегда буду рядом, я всегда буду оберегать тебя и твоих будущих детей" .

— Ты сама во всём виновата, Гермиона.

Молчание затянулось. В конце концов, собрав всю смелость, чтобы поднять глаза, она ощутила прилив жизненных сил. Драко Малфой пристально смотрел на нее. Гермиона Грейнджер поистине наслаждалась зимними праздниками наедине с самой собой. Именно поэтому было лишь одно разумное объяснение внезапного появления на ее пороге Драко Малфоя, который заявил, что проведет этот вечер вместе с ней, - Вселенная пытается ее убить.

Успеть сказать всё. За последние секунды.

Малфой хочет прижать ее к стене остановившегося лифта и целовать до тех пор, пока она не поймет, что ему не нужно притворяться. Пока ее пальцы не запутаются в его волосах, а бордовая помада не размажется по лицу. Пока на белоснежном воротнике его рубашки не останутся красные отпечатки губ, а ее щеки не заалеют от интенсивности бушующей между ними страсти.

Его «как обычно» — это американо, кусочек торта со свежей малиной и отказ владелицы кофейни пойти с ним на свидание.

— Какая из кроватей твоя? — спросил Малфой, прикрывая дверь. Она молча протянула мокрую от чая руку и сжала его пах. — Черт, Гермиона, — прошептал он и заглушил комнату заклинанием. И они стояли там, лаская и бросая друг друга на грань, пока она не зарыдала от облегчения. *** Некогда нетронутое изголовье кровати теперь щербилось глубокими, злыми бороздами слова “ОТЧАЯНИЕ”.

— Блять, Малфой. Если так хочешь, чтобы тебя кто-то встречал, то заведи себе собаку, ну или, — Забини на момент задумался и, слегка остыв, все же продолжил: — Хочешь ребенка, чтобы тебя встречал — усынови. Слышал, в магловском мире это довольно распространённая практика. Его друг почти вышел из комнаты, когда до Малфоя донесся его тихий голос: — Она бы это оценила.

Ригель — девочка, заполучившая Сердце Дракона...

Подари мне всю свою настоящую ненависть. Я превращу её в невиданную страсть.

Мертвые остаются в прошлом. И даже богатый и влиятельный лорд Малфой не сможет это исправить. / Однажды Скорпиус узнает, что Астория не его мать. Он намерен выяснить личность настоящей, а поможет ему в этом женский портрет, который его отец скрывает в своем кабинете./

Иногда тебе просто не суждено добежать. Иногда принятие - синоним храбрости

Чаще всего жизнь человека измеряется в годах с момента его появления на свет. Но до тех пор, пока эта жизнь развивается, возрастает внутри, мы плывём по течению подобно спущенному на воду бумажному кораблику, ожидая, когда же якорь погрузится на глубину или морского путника застигнет шторм; когда наступит естественный конец в истории; когда прибудет та далёкая станция в затяжном пути поезда.