Сборник драбблов о жителях Фонтейна и обо всем, что с ним связано.

— Ты украл эту кошмарную тряпку у кого‐то из твоих заключенных? — Нёвиллет кинул неодобрительный взгляд на ноги любовника, обтянутые тканью шелковых чулок — Я полагаю, некая проститутка стала новым заключенным в твоей тюрьме, и ты изъял это с ее личными вещами. Я не могу найти иного объяснения, откуда у такого человека, как ты...

Работать тюремщиком не так просто, но скучный день Ризли помог раскрасить Нёвиллет.

– Я... – Ризли резко выдохнул, игнорируя быстро забившееся сердце, его взгляд вновь метнулся на белые полосы уже начавшей подсыхать спермы между чужих бёдер. – Ты даже не побежишь в душ?.. Я только что трахнул тебя, и теперь ты собираешься трахнуть меня? С задницей, полной моей спермы? Нёвиллет улыбнулся ещё шире, и, резко приблизившись к нему, прошептал ему на ухо: – Разве так не горячее?

Они, как обычно после казни смертника, стоят по разные концы сцены.

Приходя в их общую обитель, Нёви тяжело вздыхает, замечая, что Ризли давно уже спит, не дождавшись его. Он всё понимает, поэтому и слова не промолвит на эту тему, ему остаётся лишь проявить всю свою выдержку и дождаться, когда у судьи закончатся загруженные важными делами дни. Закончатся же ведь?

Все драконы в какой-то степени собственники. В большей или меньшей. Невиллет — в чертовски большей, поглощающей без остатка, до костей, а после и сами кости. Будь его воля, он бы не оставил от Ризли ни капельки.

– Посмотри на себя. Герцог крепости Меропид... Видели бы тебя заключённые или служащие. Ты стоишь на коленях, в ошейнике и цепях, на полу тюрьмы, которой ты должен управлять, и практически складываешься пополам в попытке разработать свою дырку какой-то дешёвой игрушкой... Какая нелепость, – на мгновение Нёвиллет почувствовал странную гордость, сумев произнести свои реплики с почти безупречным отвращением. Сегодняшняя роль требовала от него полной самоотдачи.

Каждый раз, когда начинается дождь, Ризли бросает все свои дела и куда-то уходит.

Нёвилетт в любом виде будет для Ризли самым любимым и желанным существом во всей Вселенной.

— Прирученный, одомашненный и послушный моим командам. — Придурок… — У него сдавило грудь, и, возможно, щека покрылась ссадинами, но Ризли даже не вздрогнул. — Ты и твой длинный язык, Нёвиллет. Ты думаешь, я тебя боюсь? — О, поверь мне, тебе не помешает, — кончик ботинка Нёвиллета теперь был прижат к затылку Ризли, и от этого красивое лицо покрылось синяками. — Собаки, несомненно, умеют хорошо лаять.

У Ризли болит челюсть. Прислонившись к каменной колоне боком и прикрыв уставшие глаза, крепкие пальцы напряженно потерли переносицу, пока из приоткрытых губ слетел тихий вздох. Рука плавно перетекла вниз по лицу, начиная несильно разминать чуть затекшую и слабо ноющую челюсть. Воспоминания в его голове невзначай воспроизвели события прошлой ночи, вынуждая едва заметный румянец появиться на бледной коже.

Такова его судьба: утонуть в своём личном море, а Ризли и не против. (Сборник зарисовок, где я кричу о своей любви к главным мужьям Фонтейна)

– Ты мне нужен, Нёви. – Что-то случилось, Ризли? – прохрипел Нёвиллет, чувствуя, как его сердце сжалось до размеров маленькой ракушки, а волна тревоги, пробежав по всему его телу, остановилась на лёгких и сжала их в тиски. – Скажи мне. Скажи мне, что случилось, Ризли. Пожалуйста... – Ты так сильно мне нужен... – будто не слыша его, Ризли оторвал от него свой блёклый взгляд и, не произнося больше ни слова, уронил голову ему на бедро между своих рук.

– Мне тут теперь убираться. Может хоть причину скажешь? – Давно хотел так сделать. Архонты, да ты видел вообще свою задницу, когда ты тянешься за документом на другой край стола?

У каждого человека своя скорбь, свое отчаяние, своя боль, и Навиллет может это подтвердить, потому что видел лица множества людей, тонущих в своем горе. Оно откликалось в его душе непонятными чувствами, которые ему не удавалось идентифицировать, отчего вина опоясывала своими путами, не позволяющими свободно дышать.

-Несмотря на то, что я человек, все же частично я все еще остаюсь драконом, а это означает, что в моем организме происходят такие же процессы, как и у драконов, - завуалированно отвечает мужчина. -Можно по конкретнее, для тупых, - с сарказмом в голосе просит мужчина. -У меня гон, - смущено отвечает судья. -Так с этим я смогу помочь тебе даже лучше, чем с лечением простуды, - радостно сообщает Ризли и тянется к чужой рубашке.

Перевоплощение в веревульфа прямо перед приходом лучшего друга порой может сделать ненавистный праздник лучшим в жизни, – особенно, если порадовать этого самого друга пропавшим хвостом наутро.

— Что чувствуешь ты? — Говорит Ризли быстрее, чем осознаёт, насколько сильно он хочет знать каждую мысль касательно происходящего между ними с точки зрения Нёвиллета. — Прошу, расскажи мне обо всём. Сегодня я хочу видеть, как сильно тебе это нравится. — Я хочу видеть тебя на коленях, с моим членом во рту.

- Вы так настойчиво выводили меня… - Невиллет облизнул пересохшие губы, - что я не могу отказать Вам, Герцог, в избиении тростью, - в доказательство своих слов Юдекс стукнул незаменимым атрибутом его аристократичного образа по полу. Этот звук таил в себе опасность, доказывал, что Судья больше не смел терпеть издевательств над своей честью. - Мне стоит извиниться? – спросил Глава крепости Меропид, отступая еще на шаг назад. - Это не изменит решения Судьи, Господин Ризли.