Когда ваши отношения прошли через огонь, воду, медные трубы и даже через перестройку, остаётся самое сложное испытание - почтенные стариканы со своим неизменным «он тебе не пара!!»

— Тебе холодно? — Николай отошёл на добрый десяток шагов, когда Томск начал внимательно осматривать его. Сканировать. Сибиряков напрягся, подавляя зарождающуюся от холода — тревоги? — дрожь. — Пойдём домой, — обеспокоенно махнул головой Матвей, — я подвезу. Николай сделал ещё два шага назад. «Я подвезу» он слышал в самых разных формулировках на протяжении трёх месяцев каждый день. Без исключений. --- AU c дарк Томском.

Что делать, если только вчера вечером вы отмечали с друзьями встречу, а утром неожиданно проснулись в 12 веке? Михаил Московский ясно ответит: "Веселиться!". Одно из испытаний — найти потерявшихся Казань и Петербург — он превратит в шутку, периодически пугая старые города. Что ж, держитесь там, ибо у Москвы начался отпуск!

Часы на кухне тикают тихо-тихо, едва слышно. Слёзы Андрея текут по щекам и срываются с точёного подбородка, разбиваются о дорогую дубовую столешницу. Михаил поднимает руки и закрывает глаза ладонями, опуская голову вниз. Как же больно. Лучше бы Андрей кричал на него, бил или кидался чем-то... Но Андрей молчит, и лишь повис в воздухе злосчастный вопрос, сказанный на грани слышимости: "Миша, за что?"

Во время очередного собрания столиц Федеральных округов, Владивосток замечает странное поведение Новосибирска. Некогда позитивный, помешанный на науке и немного наивный Сибиряков был молчалив, угрюм, а его внешний вид оставлял желать лучшего. Сибиряков словно находился в другом месте, но никак не собрании столиц и был не многословен, что ещё больше обеспокоило Приморского. Терзаемый любопытством и беспокойством за друга(?) Владимир решает разобраться, в чем дело.

А зачем польским гусарам крылья?

– Ты видишь во мне угрозу?

– Коля, ты можешь довериться мне? – тихо сказал Вова. – Понимаю, что мы не очень близко общаемся, но… – Никогда не помешает начать, – устало пошутил Коля. Или не пошутил.

- Киев дома? – понижая громкость голоса, поинтересовался Лёша. - Нет, должен вернуться только утром. Внезапно со стороны коридора раздались звуки поворота ключа в замочной скважине. Оба резко отстранились и повернулись к запертой двери спальни, а потом уставились друг на друга с немым вопросом.

История той самой свадебной фотографии.

AU!-Юр,да ты меня вообще слышишь?- восклицает Костя, в очередной раз пытаясь сделать так, чтобы его не совсем трезвый собеседник отпустил из объятий. -Да, слышу, -очевидно пьяным тоном произносит Татищев. В его стеклянных глазах отражается лишь растерянный на вид, краснощёкий Уралов. -Тогда отпусти меня! -с не менее грозным видом повторяет Екатеринбург раз десятый. -Не получится, -отрезал Челябинск, прижимая ещё ближе. -Что?! -да, это был апогей эмоциональности Кости. -Я не дам тебе уйти.

Вот он, целует Катю в лоб и чувствует, как цветок прилип к нёбу, его бы сплюнуть, а он глотает. Подкашливает и нежно улыбаясь прикрывает заслезившиеся, красные от натуги глаза. Дядя Костя просто подавился воздухом, с кем не бывает, он ведь не робот. Не робот. Потому, его и тошнит в машине. AU: У городов особая болезнь «Цветение».

– Ни среди женщин, ни среди мужчин я ни разу не видел кого-то настолько идеального. От вида этой белоснежной кожи… – начал Костян. – Это из-за анемии, – перебил Юра. – …и нежных губ, чей цвет так с кровью схож… – продолжал тот. – Я их от нервов кусаю, – кивнул Татищев. – …в ту же секунду, как ты появился на поляне, я потерял дар речи, – на дне Костиных глаз Юра рассмотрел нотку безумия, тонущую в вожделении.

Раскрытие моего хэдканона об отеческих чувствах Екатеринбурга к Новосибирску.

Коля к работе относится чересчур ответственно, а Матвей всегда готов приготовить ему травяной чай.

Коля заболел,Дугар приехал к нему,чтобы поддержать и проследить за лечением.

День, на самом деле, не задался с самого начала.

Не верить гадалкам можно по двум причинам. Первая, многие из них мошенницы. Вторая, они поголовно врут. Верить, как выяснил Юра, можно по одной: временами они вываливают слишком много правды.

Была ли действительно во всей истории повинна одна юбка на худых бёдрах парня? Или настоящие чувства скрывались всегда за маской ненависти, за шатром непонимания? Маленький птенчик стремился к свету, пытаясь всегда помочь другим, но будет ли кто-то помогать ему самому?

Руслану стало просто позарез нужно изменить Сибирякова, его отношение к жизни и людям вокруг. Если ни он то кто сможет дать дельный урок этому ребёнку?