- Кхм… Добрый вечер. Поттер вздрогнул, будто только сейчас осознав, что возле его столика кто-то стоит, и поднял взгляд. Секунду он рассеянно смотрел на стоящего рядом Снейпа, а затем поправил очки на носу и вежливо улыбнулся. - Здравствуйте… Чем могу помочь? - он смотрел на него своими невозможными зелеными глазами, и в глазах этих - Северус готов был поклясться - не было и намека на узнавание.

ПостХог. Два мира, две магические Британии. В одной не было войны, в другой смерть и послевоенная разруха. В одной Гарри Поттер - избалованный капризный ребёнок, в другой - сильный, серьёзный, но очень одинокий человек. Что если магия решила наказать одного и дать шанс на счастье другому.

Он слишком сильно соскучился по своему мальчику, чтобы сейчас думать о ком-то, кроме него, и уж тем более о его грёбаном начальстве, которое довело его до такого состояния. Он утыкается носом куда-то в область такемичиных ключиц и, чуть ли не мурлычет, когда ощущает мягкие пальцы в волосах, массирующие его голову. Такемичи вздыхает, слегка качая головой, в очередной раз поражаясь, каким любвиобильным прилипалой становится Дракен, в моменты тактильного голода.

— Не могу поверить, — смеется парень под непонимающим взглядом Кастиэля. — Ты сбил меня под блядскую сонату! — Вообще-то, это симфония, — звучит обиженно в ответ.

Дин Винчестер чертовски хорошо знает, насколько сильно можно ненавидеть себя одновременно с тем, как все вокруг буквально вешаются тебе на шею, желая всеми способами привлечь внимание.

Пора скидок и гонка за вещами по дешевке. Оказавшись в бутике ароматов, Эндрю пытается узнать некий парфюмерный секрет, за который приходится “немного” заплатить.

Уилджек просто пишет шпоры на предплечье. Его соулмейт, с которым они никогда не связывались, просто исправляет его ошибку. А может стоило написать раньше? P.S. Вторая парочка мимоходом, но будет)

- Мы уже почти год вместе. Хочу… кое-что рассказать о себе. не уверен, но хочу. Ты имеешь право знать. – слышать такой серьезный голос и слова от Уилджека было чем-то по настоящему редким. Рэтчет отложил нож и повернулся, опираясь на стол и складывая руки на груди. Очки блеснули в тусклом свете вытяжки. - Слушаю. Чтобы это не было все будет хорошо.

Одна маленькая случайность. Интерес. Одна ошибка и мучения из-за ее совершения. Попытка найти... логику в произошедшем. Каковы же будут последствия случайности, ошибки и интереса?

Для Эндрю шибари — это искусство. Эстетика в чистом виде. Может отчасти способ получить контроль, которого у него не было. Сковывая кого-то в переплетения веревок, он словно медитировал. Для Нила шибари стало способом. Очередным способом справиться с одолевающей тревожностью. Способом отдать контроль, зная, что его можно будет в любой момент вернуть.

Эндрю знал, что у его идиота было паршивое детство, у них у всех оно было таким, но иногда… Иногда Джостен мог выкинуть что-то такое, что замирали не только старшекурсники, но и сам голкипер. И это был один из таких разов.

В том, что Гарри Поттер стоял в кабинете выжившего профессора Снейпа в возрасте шести лет, и вправду была прямая вина Драко Малфоя. И он знал, что за свои поступки нужно отвечать.

Когда в девятнадцатый день рождения Гарри просыпается с опоясывающей шею надписью "собственность Принца-полукровки", он лишь закатывает глаза. И продолжает жить своей обычной жизнью, не слишком расстраиваясь по этому поводу. И, само собой, не говорит ничего Снейпу, который, он уверен, сейчас не желает ничего кроме свободы.

Война окончилась победой светлых сил, но оставила свой тяжёлый отпечаток. Осиротевшего Тедди Люпина, Гарри решает взять под своё крыло. К моменту, когда Тедди исполняется семь, у него проявляется сильный магический потенциал, который нужно усмирять. Поттер решает нанять ему репетитора, но будет ли это так просто?

Всего одна задача: отвлечь Эндрю Миньярда – ведь Нил очень хороший друг. Одна задача и куча проблем, с которыми теперь придется справляться.

— Володя, Щена убили.

Никто не думал, что эти шутки, детские оскорбления и насмешливые стишки приведут к подобному. Даже ограничиваясь «дружеской» посиделкой в баре, ни один не рассчитывал на такой исход событий. Их сердца продела одна закольцованная нить, связала двух поэтов странным веретеном. Никогда Есенин не чувствовал столь сильного фейерверка, всплеска.

Когда руки Родиона были по локоть в липкой крови убитых старухи и Лизаветы, именно Разумихин нашёл нужную ему «воду» и помог оттереться, а за каждым добрым делом следует вознаграждение. Вот только Раскольников особо-то не умеет благодарить, разве что буркнет под нос «спасибо» и отделается как-нибудь.

Эндрю напивается, а "галлюцинация" Нила заботится о нем.

Нил Абрам Джостен больше не бежит, но он прекрасно помнит те времена. После Балтимора, Нил рассказывает команде о двадцати двух именах, которые он успел сменить, и каждый из Лисов вспоминает его в своём прошлом. Неужели, Алекс? Это ты, Стефан? О боже, Крис!