Хэ Сюань думает о мести и Ши Цинсюане.

Однажды один демон развеял свой прах, потеряв смысл жизни. Однажды один бог завел себе питомца. Однажды люди перестали верить в небожителей. Однажды в велосипедную мастерскую, где работал некогда подающий надежды студент Мин И, зашел странный посетитель. Но начинается эта история намного раньше.

Русреал ау, в котором Хэ Сюань бедный твиттерский художник, Ши Цинсюань мечтает о сумке Versace с авито, а Хуа Чэн поднимает всю кредитную историю Се Ляня, буксующего по жизни с братом-наркоманом, его маленьким сыном и двумя друзьями детства, стучащими друг другу по стенке, мозгам и батареям.

— Попахивает педофилией, — Из-за угла раздался насмешливый голос, на что Черновод закатил глаза. — И тебе не хворать.

Чёрному Демону Сюаню не строили помпезных храмов, не малевали на стенах его портретов, не приносили в жертву золото и жизни… и не просили ни о чём, о чём можно было бы попросить одно из Четырёх Бедствий.

"Глаза Повелителя Ветра широко распахнулись, в них мелькнула туманная дымка, словно мыслями он отправился куда-то прочь, а затем, он подошёл к Мин И вплотную и накрыл его губы своими. Поцелуй этот был нежным, почти невинным. Когда же губы Повелителя Земли остались неподвижны под его собственными, Ши Цинсюань и вовсе остановился и медленно отпрянул. Рука демона с силой сжала его запястье, не давая отстраниться далеко."

Нужда и отчаяние толкают Ши Цинсюаня на крайние меры, но вместо унижения он неожиданно находит счастье. Однако из тьмы за ним наблюдает кое-кто, не желающий видеть его счастливым. Удастся ли бывшему богу ветра начать новую жизнь? Только ли месть движет демоном Чёрных Вод? И кем на самом деле является таинственный покровитель Ши Цинсюаня? NB. Под личиной ОМП скрывается персонаж канона.

последнее, что ожидает увидеть хуа чен, переступив порог своих покоев в доме блаженств — своего драгоценного и безумно любимого гэгэ, самозабвенно целующего повелителя ветров. хуа чен тянется пальцами к виску: — хэ сюань, у нас проблемы.

После трагической смерти семьи Хэ Сюань снимает по дешёвке дом и поначалу совершенно не замечает, что живёт там не один.

Хэ Сюань дважды давал шанс Ши Цинсюаню избежать расплаты и оба раза он делал неправильный выбор. Но что, если Ши Цинсюань найдет третий путь и обратится к нужному человеку?

Смех оборвался. Осталось лишь слабое, едва слышное дыхание. Цепь мигнула колдовским сиянием и исчезла. Хэ Сюань тяжело опустился на пол подле бесчувственного тела. Некоторое время он в молчании смотрел на бледного юношу подле себя, а потом обреченно накрыл ладонью лицо. В угодьях Черновода действительно водился яд, однако он вовсе не предназначался бывшему Повелителю Ветров. Он был для Хэ Сюаня. Из всех ядов на свете демон выбрал его — Ши Цинсюаня.

— И что мне тогда прикажешь делать? Домой я не вернусь, — пыхтит Цинсюань раздраженно, складывая руки на груди. Стоит ей это сделать, как Хэ Сюань подмечает, что трясется она весьма ощутимо, и отнюдь не от страха. Тринадцать градусов. Топик и шорты. — Тц, — Хэ Сюань закатывает глаза. Вообще-то, у нее были свои планы. Но и перспектива оставить девушку одну среди ночи в богомерзком районе неприятно застревает в горле. — Ладно, залезай ко мне, — кивает Хэ Сюань на пассажирское сидение.

— Итак, ты влюблен в своего лучшего друга. Хэ Сюань едва сдерживает порыв выплюнуть рис. — Он не мой лучший друг. — Правда? — Хуа Чэн прикусывает ноготь. — Тогда кто твой лучший друг? Может быть... — он замолкает, но его глаза сияют, — ..я? Глаз Хэ Сюаня дёргается. — Заткнись. (ИЛИ: Хэ Сюань влюблен в своего лучшего друга. А Хуа Чэн просто...Хуа Чэн.)

Во время второй небесной кары Ши Уду теряет свой веер и падает без сил. Его брат решает спуститься в глубокое море, чтобы вернуть духовное оружие. ИЛИ Сказ про то, как Линвэнь накормила Цинсюаня «жаброслями».

Скитающийся по миру Ши Цинсюань находит в приморском поселении необычный храм.

Ши Цинсюань забивается в угол бывшего храма Вод и Ветров, обхватывает себя руками и шепчет почти беззвучно, на пробу: — Я его люблю. Молчит. Нервно озирается по сторонам, чутко прислушивается к малейшему шороху, но ничего не чувствует, не замечает. Он выдыхает облегченно и самую капельку разочарованно. И выдыхает смелее и легче: — Люблю.

Хэ Сюань не знает, почему он удерживает Ши Цинсюаня в своих владениях. Его месть свершилась, ему следует избавиться от бывшего Бога Ветра и покончить с этим. Но старые чувства и воспоминания не так-то легко отбросить в отличие от фальшивой личности. Когда гора Тунлу вновь открывается, Непревзойденного Демона Чёрных вод накрывает приступ голода и смятение чувств. И он, и Ши Цинсюань должны разобраться в том, что же связывает их друг с другом.

События арки Чёрных Вод повлияли на Ши Цинсюаня гораздо сильнее, чем могло показаться на первый взгляд, а Хэ Сюань, желающий всего-то-навсего покоя, никак не может его получить.

за такую красоту, — моряки говорят, — что на дне чёрных вод, умереть не жалко.

- Ты и твой поганый братец сделали меня тем, кем я стал, Цинсюань. Так пожните же теперь плоды своих трудов.