- Сынмин снова собрал банду вместе, да? - говорит Минхо. Его шутка с треском проваливается и от неё кривится лицо Чанбина. - Не думаю, что сейчас время для шуток, чувак.

Минхо не хочется быть влюбленным. Ему бы быть свободным, но он не может лгать самому себе. Или история о том, что даже трахаться не так сексуально, как танцевать медленный танец.

— Слушай, Хо-я, я всего лишь прошу поговорить с ним спокойно и выяснить, чем ты его так бесишь. Я ведь вижу, что у тебя это всё — защитная реакция на ту пассивную агрессию, которую этот умник к тебе проявляет.

Однажды Смерть полюбила Жизнь.

Хватка Сынмина становится сильнее, он сутулится пуще прежнего. Лицо скрывает чёлка, всхлипы становятся интенсивнее. И Минхо чувствует себя беспомощным, в груди всё сжимается, будто это он сейчас плачет от боли. Он хочет взять Сынмина за плечи и встряхнуть, вырвать ответы из его сильно покусанных губ. Он хочет бороться с ним, бороться за него. – Мне жаль, хён. Мне так жаль. Пять раз Сынмин целует Минхо и один раз Минхо целует его в ответ.

Сынмин пытается взять Минхо за подмышки. Каждое прикосновение оставляет ожог, заставляет его чувствовать себя отвратительным и нежеланным. Горечь подступает к горлу. – Джисон, он пьян, и Убер уже ждёт, мы должны донести его, – говорит Ким. – Я не хочу, Сонни. Мне не нужен соулмейт, – говорит Минхо Джисону. Хан смотрит на него в ужасе, не в силах понять, броситься помогать другу или начать утешать Сынмина. соулмейт ау, где Сынмин и Минхо ненавидят друг друга

Ли Минхо и Ким Сынмин находятся на грани между жизнью и смертью. Они делают шаг вперед и встречаются прямо посередине.

— Хочешь попробовать? Голос будто стал ниже на пару тонов. Шатен откусил небольшой кусочек, медленно перекатывая его во рту до тех пор, пока от него не осталось лишь сладкое послевкусие. Спустя секунду Сынмин, смотря прямо в глаза парня напротив, провел мороженым по приоткрытым губам, размазывая сладость по нежной коже. — Ну так попробуй…

Жизнь – это просто игра «Кто первый струсит», в которую ты играешь с Богом. Проигрывает тот, кто первый моргнёт. Минхо не моргает.

каждый заслуживает быть счастливым, ведь так? минхо почти уверен, что он не заслуживает.

Минхо, который редко позволяет себе прикосновения, внезапно не может удержаться от того, чтобы протянуть руку и приподнять голову Сынмина за подбородок. — Что это? — слова срываются с языка, а глаза изучают каждый маленький синячок на чужой шее. Старшему не удается сохранить на лице маску полной незаинтересованности. (Сынмин возвращается в общежитие с несколькими засосами.)

- Привет, я Скай. Я немного застенчив, но буду непослушным, если ты поухаживаешь за мной.

Сынмину семнадцать. У него гормоны бушуют и кровь кипит. Он хочет целоваться и обниматься; хочет рядом кого-то, с кем тепло и уютно. Но он, между прочим, самый настоящий айдол, находящийся в шаге от мировой славы, признания и миллионов поклонников. Ему нельзя. У него обязанности, ответственность и режим. А он целоваться хочет.

Минхо издаёт гортанный звук, тот, что он делает, когда нетерпелив и чем-то недоволен. - Если ты извинишься ещё хоть один грёбаный раз, не сказав мне, за что, клянусь Богом, Ким Сынмин, я... - Я люблю тебя, хён, - прерывает его Сынмин. - Я люблю тебя и за это прошу прощения.

Сынмин никогда не думал, что ему придётся нянчиться с раненым омегой из вражеского племени, но Минхо появился внезапно, и жалость альфы решила всё за него.

То, что не может стать целой работой, но моя фантазия наколдовала эти маленькие истории.

- Хочешь, я уйду? Соберу вещи и уйду? - Только без моего ребёнка. - Я не отдам тебе малыша! - Тогда терпи меня дальше.

- Ты мой истинный, Ким Сынмин. Я не знаю, почему система дала сбой, но это шанс для нас. - Но тогда... тогда у тебя нет вечности? Холодная рука ложится на подбородок Кима, поднимая его голову так, чтобы лицо к лицу. Чтобы глаза в глаза. - Зачем мне эта вечность без тебя?

Вас когда-нибудь продавали как скотину? Нет? А нас да. Вы когда-нибудь попадали в водоворот похоти, интриг и равнодушия? Нет? А мы да. Вы когда-нибудь боялись за кого-то так сильно, что собственная жизнь на фоне чужой казалась маленькой песчинкой в пустыне? Нет? А я да.

тысячи попыток вырваться из клетки, построенной лично для него, пресекались миллионами мыслей, миллионами замечаний и действий. но в какой-то момент надоело до смерти. ким сынмину двадцать четыре, он ведущий своей программы на радио. у него есть маленькая, но уютная квартирка, и много мыслей в бессоной ночи. а ещё он пытается сжечь свои паттерны в жарком пламени любви к своему коллеге ли минхо.