Или сказ о том, как Геральт и Лютик оказались последними людьми, которые узнали о том, что они встречаются.

До закрытия оставалось минут пять, когда дверь открылась, и Геральт повернул голову на звон колокольчиков. В помещение вошел парень в низко натянутом капюшоне черной толстовки. Он сразу пошел к кассе. - Выручку в пакет, - трясущимся голосом приказал он и вынул из кармана небольшой пистолет. Руки его дрожали. Лицо было наполовину скрыто за черным шарфом, только огромные голубые глазищи смотрели напуганно и отчаянно из-под спутанной челки.

Всякий раз, когда Геральт смотрит на него, Лютик замечает, что его зрачки расширяются.

F52.7* - патологическая гиперсексуальность у мужчин (сатириазис). Модерн!АУ, где Геральт - психотерапевт, а Лютик - его пациент. - Хорошо, Лютик. Давай поговорим о твоей проблеме. - У меня нет проблемы. Я просто люблю трахаться. Может, нахер это мозгоправство, давайте, вы будете на каждом сеансе вместо бесполезной болтовни трахать меня на этом диванчике?

У Лютика в руках оказался пломбир на палочке. Парень держал его, глядя на Геральта. А когда увидел ответный взгляд, быстро высунул язык и провел кончиком по шоколадному краю. Потом прикрыл глаза и сунул пломбир себе в рот, посасывая. Выпустил, прижал губами сбоку. Снова взглянул на мужчину. Подмигнул. И вобрал в рот почти до самой палочки.

Лютику всего 18, и каждый раз, когда Геральт затыкает его или говорит «нет», у Лютика встает. Лютику всего 18, и он внезапно осознает, что умудрился влюбиться в ведьмака, которому никто не нужен. Лютику всего 18, и Лютик понимает, что влип.

... Лютик. Но бард об этом знать не обязан.

— Я убил десять человек у тебя на глазах за минуту, — тихо сказал ведьмак. — Почему ты все равно хочешь остаться со мной? Лютик непонимающе посмотрел на него и пожал плечами. — Я не знаю ни одного места на этой треклятой земле, где мне было бы безопаснее, чем с тобой, Геральт, — ответил он просто.

Геральт опять переворачивает мир Лютика с ног на голову.

На Лютика наложили заклинание молчания. На Геральта наложили заклинание правды. Йеннифэр эта ситуация забавляет, но она предлагает свою помощь в возвращении их обоих в нормальное состояние. Может быть, этих двух заклинаний в конце концов будет достаточно для ведьмака и его барда, чтобы разобраться в своих чувствах.

AU, где Лютик - молодой дизайнер, поющий Диснеевские песни, а Геральт вроде как программист, и они оба уверены, что между ними не происходит ровным счетом ничего.

— Ах! — воскликнул трактирщик. — Они поют именно про того самого барда, который сложил баллады о вас, мастер Ведьмак! Он так влюблён в свою прекрасную даму. — Ох, как романтично, — мечтательно вздохнула кухарка. — Тот очаровательный бард женится на благородной леди! Геральт с сомнением покосился на них. — Тот… бард, — он переспросил: — Голубоглазый, с тёмными волосами, трещит без умолку? — Да, — подтвердил трактирщик. — Тот самый.

"Иди на хер, Лютик!" - пожелал Геральт. "Будет исполнено", - сказал джин. "Но не так же буквально!" - возмутился бард. "О_о", - подумала Плотва. "Омг," - прифигела Йеннифер. *самый ржачный секс*

Геральт - коллектор с отвратительным прошлым и прекрасным настоящим. Настоящее состоит из домика на окраине леса, ворчащего парня и лютиков в вазе на столе.

- Это волк, а не собака, - решительно говорит Геральт. - Он ранен. - Это волк. - Я помогу ему, - говорит Цири, проигнорировав Геральта, и поворачивается обратно к волку. Но когда же волк перестанет быть волком? Когда им окажется всеми любимый скромный бард, конечно!

Рецепт ухаживаний от Геральта: один бард, стая гулей, "внезапное" спасение и запечь под соусом "красиво вынести на руках с поля боя". Геральт не учел, что строить планы на монстров дело гиблое, а уж на активного, самого себе на уме барда — еще более отчаянное. Поэтому все идет наперекосяк.

У Лютика всегда отлично получалось скрывать ото всех свою истинную сущность. До тех пор, пока не появился некий Ведьмак, с которым он захотел провести немногим больше, чем одну смертную жизнь.

Определенно, что-то пошло не так. Лютик понял это сразу же после того, как проснулся после своей смерти. Это просто везение, — подумал он. Даже когда он увидел свои глаза в зеркале — свои новые глаза — он все еще надеялся, что это небольшой генетический сбой. Небольшая несмешная шутка от Мелитэле. Ничего нового, ведь у нее всегда было отвратительное чувство юмора. Ведь это так забавно — человек умирает, потом просыпается живым и ощущает себя немного не в своей тарелке. Старый анекдот, так?

У Геральта есть ужасная, темная, звериная сторона, и ведьмак умоляет всех богов, чтобы бард с ней никогда не столкнулся... Но у Лютика катастрофическое везение.

— Зачем... — начал он, внезапно передумав. Лютик взглянул на него, приподнимая бровь. — Как ты постоянно находишь их? — Нахожу кого? — нахмурился бард. — Цветы эти. Жёлтые. — А, — юноша улыбнулся, посмеиваясь, — они называются лютики. Это что-то типа дара, врожденного таланта даже. Нахожу лютики, куда бы я не пошел. — Я думал, твой врожденный талант раздражать всех вокруг и попадать в неприятности. — О, заткнись.