Джисону плохо спится по жизни, а во время течки с этим просто мрак, доходящий до замутненного восприятия окружающего мира. Хорошо, что его прекрасный альфа снисходителен к этим слабостям, и готов на всё ради своего сладкого Хани~

Джисон ему цветы дарит, в кафе водит, сладких снов желает каждую ночь. Руку держит на талии; ни выше, ни ниже. В щеку целует, шепчет на ухо что-то невинное и милое, от чего мурашки по коже. Не парень, а мечта. Только вот проблема в том, что Минхо не всрались его ухаживания и нарочитая вежливость. Ему двадцать один, у него гормоны пляшут и течка скоро. И он клянётся, если Джисон не станет смелее, Минхо выкинет его в окно.

Единственное, чего Хан Джисон хочет на Рождество, — это посидеть на коленях у Санты... желательно голым и потным. *** — Я тут подумал, — Минхо неловко переминается с ноги на ногу, пытаясь высказаться, — сегодня канун Рождества, и твои племянницы сказали, что ты хорошо себя вёл в этом году...

Джисон был волком, родившимся с аносмией. Это было необычно, но его стая помогала ему двигаться дальше.

Минхо знает, что Джисон спит с ним только ради денег. Он юн и красив, он может себе позволить. С этим всё в порядке. Не в порядке только то, что Минхо чувствует что-то большее, нежели просто желание и страсть к этому милому омеге.

их знакомство было глупым, таким, как показывают в комедиях или этих бесконечных фильмах о любви, где сменяются только главные герои, но суть остаётся такой же, и минхо изначально подумал, что этот парень — откровенно ёбнутый, потому что когда он едва не сбил его на пешеходном переходе, всё, что джисон сделал, так это пнул капот его жутко дорогой тачки и сказал перестать быть пучеглазым мудилой.

Быть честными друг с другом. Всегда. При любых обстоятельствах. И на любой дистанции.

— Ты же знаешь, мне тебя всегда мало, — Джисон приоткрыл глаза и облизал губы Минхо, сладко причмокивая. — Судя по всему, тебе тоже меня мало. Все ещё хочешь съездить в Японию за своим любимым пудингом? Минхо закатил глаза и хохотнул, кладя голову ему на грудь. — У меня уже есть любимый пудинг дома.

Джисон благославлен Луной и все в стае знали это. Только зачать необходимое потомство — вот и вся ценность Хана. Больше цели у него не было. И иногда это расстраивало и злило. Тогда Джисон убегал в лес и грозно махал кулаком на Луну, проклиная её всеми бранными словами, которые только знал. Тогда он и познакомился с Минхо

У всех вокруг любовь, сессия, или банальные гулянки, а что Джисон? У Джисона кризис ориентации...или все же нет?

Минхо потер большим пальцем щеку Джисона, оставляя на нежной коже еле уловимый след. — Я все еще здесь, чагия. Ты все еще мой. Джисон закрыл глаза и проглотил болезненный ком в горле. Через мгновение он кивнул. — Все еще твой. И ты все еще мой.

Если Джисон и может назвать что-то, что усложняет ему жизнь, то это запах альфы. Он всегда знал, что он ему очень нравится, но что делать, когда он нашел почти идеальный муляж запаха Минхо, который настолько соответствует его запаху, что кажется будто Минхо дома, даже когда он уехал на танцевальное соревнование? И что делать, если этот запах приносит ему наибольшее облегчение во время течки?

Джисон не любит корпоративы, но у него нет выбора и приходится ехать. Джисон давно уяснил, что порядочные омеги не жарят мясо, но по просьбам коллег приходится быть непорядочным. Этот день потрепал ему много нервов, но зато принес встречу с альфой, пахнущим сандалом и любящим медовуху.

В последний месяц Минхо крайне раздражен и вспыльчив на работе. Многие связывают это с его должностью зав. отделом. Но однажды он случайно слышит разговор коллег за обедом: "А может он просто беременный?" Этого не может быть. Ведь за годы отношений ещё ни одна попытка не увенчалась двумя полосками.

Минхо хотел бы быть хорошим директором, хотел бы, чтобы между ним и Джисоном были хорошие отношения, но как только он приходил в это здание и слушал множество слов о том, свободен ли Хан и есть ли шанс у очередного секретаря, директор сразу вызывал альфу в свой кабинет и отдавал новый приказ. Ведь любить альфу, будучи таким же альфой, действительно неправильно. Но только если вы не господин Ли и экономист Хан.

Джисон крепко цепляется за подлокотники. Ладони потеют, галстук внезапно давит на горло. Альфа потерян, сбит с толку и напуган. А движения омеги становятся все более сложными и выразительными, он будто рассказывает историю, которую никто не может услышать. Он танцует о своих несбыточных мечтах, о своих обреченных надеждах, об удушающих страхах, о своей юношеской любви и нестерпимой боли.

Не так Минхо представлял свои 25 лет. Не родителем-одиночкой маленького альфы, который растет без отца.

— Он влюблен в тебя, он считает тебя своей парой. — Но я не хочу этого, — восклицает Ли, — я не выбирал его как пару, отец! — Это решать не вам, сын мой.

— Сядешь мне на лицо, хён? — Ты сумасшедший?! Джисон давно вынашивает мысль о том, насколько приятно оказаться под бедрами любимого хёна, а подступающая течка Минхо наконец дает возможность воплотить все его замыслы в реальность. И сполна насладиться этим.

У Минхо первая течка. Джисон просто рядом.