На Му Цине проклятая канга, и он знает — это конец. Фэн Синь упрям; совершает яростную атаку стрелами, но Цзюнь У перехватывает и отправляет их резко обратно отправителю. Му Цин не колеблется ни мгновения — прикрывает генерала собой, спасает самоотверженно, жертвуя собой. А на губах легкая улыбка.

— Ты не обязан принимать мои извинения. Не твоя вина, что я представил себе другого. Фу Яо расправил плечи. — Другого? О, волшебно. Кто ещё, черт возьми, настолько глуп, чтобы ошиваться рядом с тобой так долго, что ты успел... — он дважды моргнул, слегка приоткрыл рот, а затем уставился на Фэн Синя самым острым взглядом, который он когда-либо видел. — Небеса, — фыркнул Фу Яо. — Ты ещё тупее, чем я думал.

Му Цин не знает, почему ему хочется быть к Фэн Синю ближе. Он с радостью бросился бы прямо сейчас в объятья некогда ненавистного и презираемого им мужчины, но это будет необъяснимой и непростительной дерзостью. Наверное, все из-за смены погоды. А, может, он просто перетрудился сегодня. Му Цин срывается и с трепещущим сердцем льнет ближе, накрывая чужие губы своими.

Все, что они делали – ранили друг друга. Они хотя бы знали, как остановиться? Битва окончена, но все не так, как раньше. Фэн Синь сталкивается с осознанием, которое овладевало им постепенно и вдруг разом обрушилось на него.

— Ты... хочешь парные украшения? Му Цин фыркнул. — Парные украшения просто… распространены в быту смертного мира. Распространены у смертных. Фэн Синь рассмеялся. — Му Цин, мы не смертные. Му Цин почувствовал, как полыхает его лицо. — Я знаю, — прошипел он. (Му Цин хочет, чтобы у него с Фэн Синем были парные украшения. И всё идёт наперекосяк)

— Гэгэ уже догадался? — спрашивает Хуа Чэн. — В Му Цине есть то, что отличает его от нас троих, — объясняет Се Лянь. — Что-то общее с теми молодыми неженатыми жителями деревни, которые пропали без вести и бродячими заклинателями... — Девственность, — догадывается Фэн Синь до того, как он заканчивает говорить.

Искренние чувства генерала Наньяна холодно отверг генерал Сюаньчжэнь — эта новость разлетелась по всем Небесным чертогам. И теперь они в замкнутом кругу: Фэн Синь не мог сказать о своих чувствах во второй раз; а Му Цин не мог признаться, что солгал ему.

Оказалось, что одного разговора над лавовой рекой недостаточно, чтобы создать дружеские отношения. (Или благодаря Се Ляню попавший под проклятья Фэн Синь стал ребенком и теперь считает Му Цина лучшим другом. Му Цин в ужасе.)

— У тебя есть веснушки, — тихо говорит Фэн Синь, кончики его пальцев едва ощутимо скользят по плечам Му Цина, от одного к другому. — Я и не знал. (Фэн Синь пытается сосчитать веснушки на обгоревших плечах Му Цина. В итоге он отвлекается.)

Фэн Синь никогда не пытался понять мотивы Му Цина. Му Цин никогда не открывался Фэн Синю. Но сейчас им выпал шанс исправить ошибку многолетней давности и узнать друг друга заново. (Небольшая зарисовка развития отношений после спасения Фэн Синем Му Цина от падения в лаву)

— Неужели это действительно настолько горько? — А ты сам пробуй! — Дай сюда, — Фэн Синь заглядывает в чашку с отваром. пустая. — Это было последнее, у меня больше нет... — Му Цин, еще не разглядевший в воздухе витающее настроение, беспечно облизывается, запоздало ловя на себе чужой пристальный взгляд. — Нету говоришь... — Фэн Синь смотрит совсем очевидно; Му Цин пятится, выжидающе кусает губы, когда в непосредственной близости оказывается нагло ухмыляющееся лицо.

ау, где Се Лянь не стал разоблачать фальшивые облики фэнцинов, и Му Цин решает, что Нан Фэн очень похож на своего генерала характером, да и внешне, особенно на Фэн Синя времен Сяньлэ. С Нан Фэном у них нет общего прошлого, да и Фу Яо не такой уязвимый, как Му Цин, поэтому он поддается порыву позволяет себе начать с ним отношения. Фэн Синь в этот момент поступает так же.

Будь то человек или бог – не важно, каждый имеет страхи. Кто-то страшится высоты, кто-то – лишиться богатства. А кто-то всей душой боится потерять любимого человека. Но что ещё хуже – это страх быть лишним в чьей-то жизни. И впервые в жизни Фэн Синь по-настоящему боится.

«Тук-тук-тук-тук», билось сердце Мо Жаня. Весь мир сжался до этого звука. Не было ни шума ветра, ни шелеста листьев, только этот равномерный глухой стук, означающий, что человек в объятиях Чу Ваньнина живой. Его грудь равномерно вздымается, сердце бьётся… Он жив! Но всё же Чу Ваньнин не мог до конца поверить. Начало новой жизни постканонных ваньжаней)))

- Му Цин, мне невыносимо грустно.

- Вы слышали?! Какой позор! У Совершенного Владыки Наньяна роман с младшим чиновником из дворца Сюань Чжэнь! Или: Му Цин тоскует, Фу Яо очарователен, а Фэн Синь намного умнее, чем кто-либо думает.

Еще будучи смертным, наследний принц Сянь Лэ, Се Лянь, получил ужасающее предсказание о своем будущем браке: ему было суждено жить в роскоши в роли мужа великого и могущественного демона, обладающего силой достаточной, чтобы сотрясти сами Небеса! Восемьсот лет спустя Хуа Чэн - великий и могущественный демон - угрожает напасть на Небеса со всей своей демонической армией, если в течение трех дней Се Ляня не доставят к нему в качестве будущего супруга.

В тот день, под горой, что-то изменилось. Когда Фэн Синь увидел, как проклятая канга почти высосала все силы Му Цина, его осенило. Он не хочет, чтобы Му Цин умирал. Это неожиданное и, возможно, глупое осознание, но с тех пор оно закрадывается в сердце Фэн Синя, сжимая его всякий раз, когда он смотрит на Му Цина, когда Му Цин усмехается и оскорбляет его, словно напоминая Фэн Синю, что тогда ему действительно следовало поверить Му Цину.

Топ Му Цин. Да, дамы и господа, топ Му Цин. Или же Му Цин в ведущей роли, можно называть это как угодно вашей душе. В этом сборнике представлено семь частей - семь небольших зарисовок, в которых показаны различные ситуации интимной жизни Му Цина и Фэн Синя. Надеюсь, вам понравится!

За Се Лянем заметны кое-какие странности. Он наотрез отказывается это обсуждать, а Хуа Чэн пытается добраться до истины. Он в любом случае узнает, какие необычные желания мучают принца по ночам...