В эту ночь, Се Ляню особенно сильно не спалось и вовсе не потаму, что его измотал Хуа Чен. Наследному принцу снился дурной сон.

— Сань Лан, — Се Лянь всегда окликал его перед тем как заснуть. Сначала Хуа Чэн тревожился каждый раз, когда почти уснувший принц звал его, но потом он понял, что супруг делает это лишь, чтобы убедиться в чужом присутствии. Так уж вышло, что ему было крайне важно, чтобы Хуа Чэн был особенно близко и весь во внимании в этот момент.

«Гэгэ, где ты находишься?» – спросил он. Сердце колотилось бы в груди, если бы могло. «Сань Лан...» – было единственным ему ответом. — После нескольких дней загруженности делами в Призрачном Городе Хуа Чэн с радостью возвращается в Храм Водных Каштанов, чтобы снова быть рядом со своим гэгэ. Но по прибытии его ждёт неприятный сюрприз: Се Ляня нет. Он ждёт и ждёт, пока не начинает волноваться и не отправляется на его поиски. Когда он его находит, всё оказывается гораздо хуже, чем он ожидал.

— Я всегда верил, — его голос дрогнул. — Я всегда верил, но мне действительно так тебя не хватало. Порой я даже забывал, что тебя нет, — забывал и думал, что ты всё ещё рядом со мной. Хуа Чэн наклоняется и легко прижимается губами ко лбу Се Ляня. — Теперь я здесь, милый. — Я знаю, — отвечает Се Лянь. — Я просто… я просто хочу ещё немного тебя пообнимать. Если ты, конечно, не возражаешь. — Конечно, не возражаю, гэгэ. Я всегда буду рядом с тобой, когда бы ты во мне ни нуждался.

АУ, в котором Се Ляня свергают с небес сразу же после третьего вознесения и все идет совсем иначе.

Видеть своего любимого до боли нуждающимся в тактильном контакте, знать, что дома тебя ожидают — самая ценная награда за все сотни лет в тоске и одиночестве.

Се Лянь - правительственный агент, которого боятся трогать, потому что его покровитель - один из столпов преступного мира, торговец оружием Хуа Чэн. Неделю назад у Се Ляня пропал напарник, Ши Цинсюань. Его напарник был связан со вторым по влиятельности человеком в преступном мире. Се Лянь пытается понять, кому было нужно исчезновение напарника и где теперь его искать.

– В таком случае, не желает ли гэгэ потанцевать? - спросил Хуа Чэн. – С удовольствием.

Одно утро превратилось в море любви.

Хуа Чэн, что когда-то был спасён юным Се Лянем, восемь лет спустя заявляется на бал-маскарад в поместье Сяньлэ и приковывает к себе его взгляд.

Хуа Чэн наклонился к Се Ляню, который, прогнувшись над бильярдным столом, сосредоточенно сжимал кий в руках. Над ухом принца раздался низкий бархатный голос Князя демонов: — Гэгэ, давай я тебе помогу.

С губ Се Ляня срывается стон отчаяния, но ветер глушит и его: «Простите, не будете ли вы против, если я зайду минут на пятнадцать? Я не из здешних мест и не ожидал метель. Мне неудобно вас беспокоить, но…» «Пойдем, — улыбается незнакомец, — давай согреем тебя.»

Се Лянь ловит смешинку, а Хуа Чэн не очень понимает что происходит.

— Ваше Высочество, — Хуа Чэн облизывает губы, — Вы мне доверяете? — Не Ваше... — шепчет в ответ Се Лянь, улыбнувшись уголками губ. — Ч-ч-что? — спрашивает Хуа Чэн, заикаясь, будучи явно неготовым к такому ответу. — Я уже Твоё Высочество, Сань Лан, — продолжает шептать Се Лянь, получая немыслимое наслаждение, казалось бы, от такого странного ощущения, как сильное сжимание запястий. Будто Хуа Чэн хотел пригвоздить его к кровати.

Се Лянь удивляется, когда просыпается без Хуа Чэна рядом. Когда он узнает, что Хуа Чэну приснился кошмар, он делает все возможное, чтобы заставить его чувствовать себя в безопасности и любимым.

(продолжение 121 главы) - Гэгэ, - шепчет Хуа Чэн с тревогой. - С тобой все в порядке? Ты поранился? "Если бы всё было так просто", - думает Се Лянь слегка истерично.

АУ, в котором Сань Лан становится третьим личным подчинённым Наследного Принца до его вознесения.

Се Лянь не на шутку перепугался, когда проснулся от крика Хуа Чэна...

Даже у Небесного Владыки и Непревзойдённого Князя Демонов иногда выдаётся совершенно свободный денёк, когда можно как следует подурачиться, вволю вывалять друг друга в кленовых листьях и сплести друг другу потрясающие осенние венки.

Что может быть хуже чем Се Лянь, тащащий себе в рот упавшую маньтоу? Правильно. Годовалый Се Лянь, тащащий себе в рот не только упавшую маньтоу, но и все остальное, что по его мнению неправильно лежит. Но это теперь забота Хуа Чэна....