Цзян — Лань Хуань сидел у себя в цзинши, рядом с ним сидел Лань — Цзян Чэн. Они читали книгу. Чэн отдал свой пост главы двоюродному брату по отцовской линии и перешел жить в Облачные глубины к дорогому мужу.

Вэй Усяню разрешено вернуться на обучение в Облачные глубины.

- Альфе и омеге, не состоящих в близких отношениях, не положено вести себя неподобающе. - холодно отозвался Лань и вновь взялся за кисть. Но не успел он промокнуть ее в чернила, как его лицо развернули и приблизились к губам. Поцелуй был настолько невесомым, всего лишь прикосновение, но тело тут же бросило в жар из-за близости.

Просто месть или продуманный ход для увеличения мощи Ордена Юньмэн Цзян? Неважно! Этот раунд за Госпожой Юй!

Лань Чжань сказал «выбор за тобой». А потом веско подтолкнул Вэй Ина к постели. И Вэй Ин очень-очень скоро, когда увидел двух Нефритов клана Лань – сильных, величественных и обнаженных – понял, что выбора нет и быть не может. Или история о том, как после возрождения Вэй Ина в теле Мо Сюаньюя он попал в Облачные Глубины, но узнал, что за многие годы его отсутствия два Нефрита клана Лань... весьма изменились. И они оба всерьез заинтересованы в нём. А он, в общем-то, и не против.

между братьями есть негласное правило – всегда делиться.

«Его мальчик. Его совершенство. Его Ванцзи. Тонкий лёд, нефритовая маска, белые одежды, сияющий на солнце меч. Им восхищались, ему беззастенчиво льстили и открыто подражали. Но никто из них, ни один человек под этим небом, не знал его так, как Лань Сичень». Мне захотелось перенести тему той самой курильницы для благовоний на другой пейринг. Фанфик родился лёгкий, как пёрышко, что для меня удивительно. Прошу любить и жаловать(ся) — это сладкое слово «ланьцест»❤

Лань Ванцзи требуется преподать несколько уроков послушания за неподобающее поведение. Лань Сичэнь готов это сделать, особенно после того, как брат решился на немыслимое.

Иногда боль так сильна, что в одиночку с ней не справиться. И порой, разделив её на двоих, можно найти нечто большее, чем просто утешение. Сквозь тьму увидеть свет.

Лань Ин. Имя в быту — Усянь. Третий молодой господин ордена Гусу Лань и его кара небесная!

Минцзюэ просто с удовлетворением наблюдал, как Хуайсан продолжал рыться в секции с носочками. Было что-то в этой картине притягательное и невероятно тёплое. Его омега, выбирающая что-то для их ребёнка. Что могло быть прекраснее? Его счастливая улыбка сейчас, стоила всех тех трудностей, что они прошли за эту беременность.

Между ними - в их отношениях игривых, странных, на грани, - что-то ломается. Что-то в Хуайсане ломается.

— Я забочусь о тебе! Ты, гуй тебя дери, ничего не делаешь! Только бездельничаешь! — Громко кричит он прямо брату в лицо. Ци чуть-ли не образует молнии вокруг него. — Слабый! Немощный! Точно девица! Не Хуайсан не выдерживает. Момент и он бросает в брата веер, что успел достать буквально за одно мгновение, целясь точненько в лицо, но тот ладонью отмахивает его в сторону. — Ты не прав!

— Мне больно, дагэ. От мальчишки пахло чем-то сладким. Поморщившись, Минцзюэ принюхался и осмотрелся по сторонам в поисках благовоний, открытых масел, но ничего такого в покоях младшего не было. Тогда он, ни капли не смущаясь, уткнулся в шею Хуайсана лицом, пытаясь уловить эти сладковатые нотки, исходящие от тёплой нежной кожи. Они часто делали так в детстве, обнимались, ни капли не стесняясь этого. Они — братья, одна кровь. Родители твердили им об этом всегда.

— Я уверен, тебе очень понравится, — с такими словами и лучезарной улыбкой Вэй Усянь протянул Не Хуайсану свой подарок — небольшую симпатичную курильницу для благовоний.

А ещё он любил ту ночь, когда всё резко перевернулось с ног на голову, и он смело переступил порог, заходя в комнату Минцзюэ.

Не Хуайсан зашел в купальню, где купался его брат. Он со смущением изучил прекрасное обнаженное тело любимого старшего брата, при этом активно обмахивался веером.

Не Минцзюэ всегда видел Не Хуайсана слабым и беззащитным нытиком. Другие видели его глупым и никчемным младшим господином Не. Что-ж, возможно, всë так и было. Тут смотря с какой стороны смотреть.

Стрела, покрытая таинственным веществом, заставляет Не Минцзюэ вернуться в Нечистую Юдоль во время кампании Аннигиляция Солнца. Позже той ночью Не Хуайсан отправляется на расследование, услышав, что его брат вёл себя необычно.