Мама и сын. Вечер. Сидят перед телевизором. Мама: - Сын, а ты у меня не гей? - Не, мам, ты что?! - Ну, тогда ладно... Через минуту: - А ты актив или пассив? - Пасс... СТОП! МАМ, я НАТУРАЛ! НА-ТУ-РА-Л! - Да все-все. Молчу. Ещё через минуту: - А как парня зовут? - Денис... -Как-как? - ...

– А что у меня с ним, мам?

"Я в белом платье и фате иду по церкви к алтарю, а папа в спину мне кричит: «Антон, блять, не позорь семью!»..."

— Опомнись, что ты делаешь? — кричал Женька вырываясь. — Ты уже наказал меня достаточно. Я все понял. — А кто тебе сказал, что я тебя наказывал. Я просто трахнул тебя. И сейчас хочу еще.

Пришел в кино с девушкой, ушел с парнем...

Отправить другу - причем боксеру! - любимое гей-порно? Могу, умею, практикую.

- Сосиска! Макаронина! - закричал я. - Хочешь, покормлю, если ты такой голодный, - за спиной раздался приятный голос. - Эм... Я вообще-то собак ищу...

— Это член у тебя розовый, а кроссовки — лиловые. Становится задумчивым и как-то нехорошо глядит вниз, приподняв бровь. Сжимаю его сильнее и легонько пинаю по боковине белого найка. — Немедленно прекрати думать то, что ты сейчас думаешь. Прямо сейчас, Жнецов.

О'кей, Google, это нормально, если родной брат любит называть тебя деткой и шлепает по заднице?

Как-то Аркаша выпил с другом...

- Я хочу, что бы ты спустил свои джинсы и бельё и стал дрочить его, так, будто сейчас тебя трахают, трахают два члена, входя в твой зад и просто растягивая его до пронзающей боли.- голос в сознании парня, спящего в своей кровати, все еще приказывал ему, а он, почему то подчинялся.

Маленькая история из жизни. Совсем маленькая.

Смотрит... На меня смотрит — ей-ей! Ни на фею, что слева сидит, ни на ведьму, что справа. Ну ваще! Вовремя проснулся, да? Теперь убедишься, что в метро не только психи ездят, но иногда ещё и ангелы спускаются.

"Собственно, знакомьтесь. Это мой прадед. Тихон. Или Тиша, как его зову я и те, кому повезло оказаться в круге его близких знакомых. Тише сто сорок шесть годков и в переводе на язык современной беллетристики он вампир. Правда, к книжно-кинематографической вампирской нечисти он не имеет никакого отношения. Он никогда не умирал, он отражается в зеркалах, его сердце вполне себе бьется, он не дурак вкусно поесть и выпить что-нибудь высокоградусного"

"...А вообще, «эти двое» были моими мужьями. А мы все трое – триадой. Самой устойчивой «ячейкой общества», если верить статистике и всем тем привилегиям, которыми государство такие ячейки одаривало..."

И жил я жизнью натурала, Да, в гомофобной, всё, среде, Но жизнь жестоко подъебала...

— У меня горло болит — ты помнишь, нет? — Угу… — Сосредоточенно подползает ближе, и я послушно опускаюсь на подушку, что абсолютно дебильно лежит. Неудобно. Скоро начнёт ныть шея. — Но язык же у тебя не болит?

- Если коротко: я устал. Маме нужно помыть голову. Изнутри. - Твоя мать – великая женщина, - заметил отчим, тепло улыбнувшись. - Тогда почему же на церемонии свадьбы ты, вместо клятвы, кричал: «развяжите меня, бля»? – я фыркнул, сложив руки на груди.

Новый Год прошёл, наступает время Рождества, но кто ж знал, что оно ТАК обернётся...

Отныне я всегда, всегда, всегда буду проверять, кому именно отправляю свеженайденное гей-порно!