Ци Жун и не ожидал, что его тоже пригласят на праздник.

Се Ляню нравится, когда Сань Лан зовёт его "Его Высочеством" или "Гэгэ", но ещё больше принцу хочется услышать из любимых уст своё имя.

Он уверен, что тот ещё вернётся

В духовной сети общения всплыло сообщение: «Лазурный фонарь учиняет беспорядки вблизи земель Его Высочества Тайхуа. Сердечно просим его взять ответственность». Послышался коллективный изумлëнный вздох.

Сюань Цзи говорила, что зима создана для любви. Философия - бред! Философия о любви - мрак! Со дворов всë ещë слышались торжественные вскрики и редкие разрывы петард. Ци Жун блуждал по пустынным улицам и предавался размышлениям. И появление за его спиной Лан Цяньцю объяснимо только тем, что мысли материальны.

Хуа Чэн — знаменитый во всем Сяньлэ художник, рисующий по своему принципу "моё божество — моё искусство". Се Лянь — четырёхрукий бог, сидящий на троне королевства уже не первое столетие и пригласивший Хуа Чэна поучаствовать в борьбе за должность придворного художника. Однако что, если за соревнованием стоит нечто большее? "Никогда не становитесь передо мной на колени. Я же высокий, не замечу вас и наступлю, — Се Лянь улыбнулся, обнажив часть нечеловеческих клыков, — шучу."

Когда речь идет о чем-то подобном, есть несколько важных шагов: Во-первых, Се Лянь следит за тем, чтобы его муж был занят. Это только выглядит так ужасно, но на самом деле это не так! Просто Хуа Чэн может быть слишком заботливым, и если бы он увидел это, то отреагировал бы плохо. Се Лянь лучше бы избавил его от этого.

— Неужто заплутал, алый сокол? — смех перезвоном взвился к склонившимся костям ветвей и серебристой росой рассыпался по карминовым лепесткам у ног. Хитрый лисий прищур мелькнул в темноте. — Как ты думаешь, бедная птичка, подойдёт ли мне роль такадзё?

Задумчиво коснувшись бабочки, Се Лянь понял, что мысли о следующем разе не были такими страшными, как впервые. Если Хуа Чэн будет держать его за руку, то ему никакие страхи не ведомы.

Сборник драбблов в рамках участия в челлендже Школьные ОтМетки

Се Лянь решает отпраздновать Новый год со своими друзьями в стенах универа. Неожиданно для него на празднике оказывается парень, который ему нравится. Цинцюань привëл его, зная о чувствах своего друга, пытаясь помочь ему признаться. И кажется у него получилось.

—Братец, что могу тебе сказать, — начал Ци Жун. — Ты говоришь, что у тебя скучная жизнь, но постоянно я слушаю что-то из мира фантастики от тебя. — Ну спасибо, — сделал недовольное лицо Лянь. — Ну пожалуйста, — отсалютовал бокалом Ци

Модерн ау, в котором Се Ляню нужно очень срочно помыть голову, но он на ночёвке у своего парня.

Идея абсурдная, да, но почему-то Се Ляню хочется попробовать... Лишь бы Сань Лан не возмутился...

Он – князь демонов, непревзойдённый владыка, он по щелчку пальцев может стереть каждый из этих шрамов, залечить гниющие расщелины на коже, избавиться от щекочущего запаха мертвого тела. Но это – его наказание за недостойность, за бушующие в сердце чувства, за то, сколько он потерял времени. Его рубцы – карта жизни и смерти, карта непролитых слез. Он бесконечно одинок в своём бремени, уродлив телом, реками рубцов и отсутствующим глазом, он старается недостаточно, но больше и больше с каждым днём.

Се Лянь совершенно забыл, что о любви можно сказать не только физической близостью, в которой он терпит неудачи раз за разом. Реакция Саньлана на невинный комплимент напоминает о ещё одном способе выражения чувств, и принц собирается воспользоваться им.

Потеряв себя в веренице чувств, они поняли, что им дорого и необходимо. Пройдя через столько боли и мучений, страданий и слёз, они нашли друг друга, и это было их самой лучшей наградой. Он навеки его самый преданный верующий

Син Цю не впервой вытаскивать своего непутёвого парня из драки и вытирать его разбитый нос рукавами собственной белоснежной рубашки — такой вот Чунь Юнь несдержанный, когда дело касается очередных придурков, любящих доебаться до них по поводу и без.

Уже длительное время Чун Юнь находит в своём шкафчике маленькие бумажки с комплиментами. На них не подписаны ни имя, ни другие намеки на личность отправителя. Читая красивые фразы восхищения, Чун заливается краской и мечтает встретить тайную личность, но разрывается между поклонником и тем привлекательным парнем в библиотеке, кто так долго ему импонирует.

Кэйа никогда бы не подумал, что задыхаться от любви можно в прямом смысле этого слова.