«В данный момент абонент разговаривает», — слышит Серёжа, после долгих длинных, раздражающих слух гудков. — Сука! — кричит он и падает спиной на спинку стула, опираясь на неё так, что ножки опасно скрипят, откинув телефон куда-то за себя на диванчик. [Серёжа пытается дозвониться до Димы, чтобы признаться ему в любви, но именно в этот момент он с кем-то разговаривает]

Всё тело заполнялось жаром — сильным, огромным пожаром, в котором он горел, сгорая, плавясь, подобно свече, сейчас уже почти догоревшей. Внутри всё крутилось и переворачивалось, яростно сжимаясь, стягиваясь узлом (Серёжа уже не имел понятия, что за узел он чувствовал внутри — не то реальный, не то выдуманный дурманным разумом). Кожу шеи тоже стягивало и резало. Низ по ней текла горячая кровь, капая крупными каплями на постель. [омегаверс au в древней Руси. Серёжа — княжич, выданный замуж]

Слышать её смех до того было непривычно, что Ризли стопорился, как мальчишка, впервые увидевший очаровавшую его женщину. Конечно, хотелось бы, чтобы Николет осталась подольше, чтобы продолжила развеивать периодическую рабочую скуку и пустившую здесь корни рутину, но он был ей никем - это правда, возвращавшая и Ризли, и Николет в реальность. Люди встречаются, следуя по течению жизни, но быстро расходятся, и это в порядке вещей.

В ответ только всхлип — ещё более явный. Горошко продолжает подрагивать, словно его тело сводит судорогой. — Серёжа, — уже чуть более громко, приблизившись и нависнув над парнем, тянет Чеботарёв. Его лицо постепенно вовсе отходит ото сна, приобретает хмурые ноты — брови тëмно изламываются, губы беспокойно поджимаются, а глаза бегают, оглядывая завернувшегося в одеяло юношу. — Серёжа, проснись. [У Серёжи происходит паническая атака во сне]

Это их вторая встреча. В первую Сережа упал задом кверху, выходя из автобуса - Олег стоял сзади него. Сейчас они застряли на верхушке колеса обозрения в полностью стеклянной кабинке, и Олег оказался уже прямо перед Серым

Дилюк Рагнвиндр – завидный холостяк Мондштадта, который, к сожалению многих жительниц города, женат на работе. Однако, только его брат Кэйа точно знает, что Дилюк в глубине души хочет любви и ласки. Потому Альберих подталкивает его на интересную авантюру.

— Не говори, что ты был с ним на фотосессии, — особо рычаще тянет Дима, поглаживая Горошко по заднице Тот молчит, словно испытывая нервы мужчины и лишь когда ощущает, как он сжимает ягодицу, вздыхает. — Успокойся. Это лично для тебя. У зайчика ведь должны быть хвостик и ушки? Всё при мне. Дима не сдержанно звонко ударяет парня по ягодице, оставляя ярко красный след от ладони... [Совсем немного AU в которой Серёжа примеряет на себя костюм зайки]

Обучаясь в пристижной школе Москвы вдали от семьи, в класс Димы переводится новый ученик, но он... Иностранец?

С тех пор, как в напарники детективу Риду приставили проклятого андроида, каждый день на работе всё сильнее напоминал американские горки, а не службу в полиции.

Гэвин совершенно никакого отношения не имеет к тому, что его супернавороченный напарник забагался по самый диод. Или же имеет?

У Ризли дёргается глаз. Всё-таки госпожа Борель умело действует ему на нервы. Но поскольку она решила расщедриться и сделать ему подарок — любой, что он только пожелает — он не станет отказываться и мелочиться. Ведь нет ничего, что бы ни смогла достать демуазель, правда? — Ночь с тобой, — наконец произносит Герцог, вперившись глазами в Диди, внимательно наблюдая за её реакцией. — Я хочу провести одну ночь с тобой.

Женщины Снежной зачастую также холодны и безразличны, как погодные условия всего этого обширного мрачного региона. Остры, словно малые кристаллы льда, секущие лица и руки во времена особенно сильных вьюг. И абсолютно безжалостны, не смотря на внешнюю хрупкость, изящность тонких силуэтов, скрытых за слоями мехов. Однако как и в любых других случаях, из этого есть свои исключения.

Тарталья пришел попрощаться с Капитано перед отъездом того в Натлан, только прощальный подарок у него вышел немного странный.

Ночь, снаружи бушевала метель. Капитано спокойно проверял и заполнял документы у себя дома, но вдруг послышался неожиданный стук в дверь. Похоже у него сегодня гости.

Чайльд и его грязные сны, но с нюансами и наяву.

Тарталья застонал. Дышать было тяжело: ботинок давил ему на грудь, ребра, кажется, трещали. Он попытался скинуть его, но это было без толку. Нежелание сдаваться заставляло его продолжать бессмысленно дергаться, но он осознавал, что в данный момент походил, скорее, на загнанное в ловушку животное.

Тарталья, прибыв в Натлан инкогнито, нагло вламывается в шатер к своему Капитану с весьма понятной целью.

За время, проведенное в Ли Юэ, Чайльд позабыл холод Снежной. Ему холодно, и он хочет согреться.

} Не претендую на канон, но претендую на интересную историю. Пурга. Кофе. Аякс и Капитано. Иногда отношения могут казаться идеальными, а иногда происходит развал всего выстроенного, подобно карточному домику. ...Но ведь найдется и тот, кто поможет построить новый, заставить чувствовать себя любимым.

И под эти смешные реплики меч перекочевал в ножны на спине Капитано, арена опустела, дорожка до жилых комнат впервые стала прогулочной, а на вечной паутине снега и во владениях зимы посмела зародиться маленькая тёплая весна.