Что случится, если братья Лань напьются? Чем это грозит Вэй Ину и Цзян Чэну?

В покои главы клана Юньмэн Цзян внезапно врывается странный Лань Сичэнь. Цзян Чэн ничего не понимает и точно не догадывается, чем все это закончится.

Прошло несколько лет с тех пор, как жизнь Лань Ванцзи и Вэй Усяня потекла спокойным руслом. Не хватало им только ребенка...

Чем может обернуться задание, с первой любовью? Конечно любовью

У главы клана Цзян есть тайна,которой знает только близкие люди.Для него она очень постыдная- о которой запрещено говорить.

Лань Хуань и Лань Чжань были на охоте и помогли одному торговцу избежать смерти от рук лютых мертвецов. За то, что сделали братья Лань, мужчина решил дать им особое снадобье. Вот только что-то тут не так...

— Цзюцзю, а если у тебя будет цяньюань? Тогда они отстанут от нас? — Наверное, отстанут, — фыркнул он, покачав головой. — Только где ж я тебе сейчас цяньюаня найду? — А этот подойдёт? Он выглядит… не тупым. Цзян Чэн закатил глаза — ну, в самом деле, он себя на помойке что ли нашёл, чтобы выскакивать за первого встреченного на улице цяньюаня? — но всё же посмотрел в сторону, куда указывал племянник. Впрочем… губа у малого была не дура. Или: как без меня меня женили.

- У тебя кто-то появился? - голос за спиной был вкрадчивым, тихим, но полный какой-то непонятной рычащей злобы, Цзян Чен не впервые слышал злобу в родном голосе, но именно такой голос у Лань Хуаня был впервые. Нет, Лань Сиченя. Теперь он для него Лань Сичень, и не более. - С чего вы взяли господин Лань? - он повернулся лицом к бывшему мужу, стараясь выглядеть совершенно нормально, но дыхание перехватило.

Спустя четыре месяца после событий в храме Гуаньинь Цзян Чэн решился нарушить уединённую медитацию Лань Сиченя, наконец-то решившись сделать первый шаг. Он встретил там Вэй Усяня, где они наконец-то смогли рассказать друг другу все, что хотели когда-то, вот только чью ношу это облегчит, а чью утяжелит...

в храме Гуанинь стало известно...

Противиться его матери было самоубийством. Противиться его матери, если та задумала что-то на благо компании Юньмен Цзян, было самоубийством настолько страшным, что даже отбитый Вей Усянь не стал бы ей перечить. Впрочем, Вей Усяня отец отмажет от данной участи, потому что главный наследник Юньмена он — Цзян Чен. И надо же было именно ему уродиться в семье омегой.

Цзинь Лин поднимает глаза: на одеянии кровь. Выглядит свежей. Взгляд направляется выше: по линии волос цзюцзю выступает пот, губы бесцветны. На подбородке также капельки крови. — Цзюцзю, что-то не так? — Он карабкается с пола, но не может перестать смотреть на красные капли. --- Или ханахаки фик, где Цзинь Лин чуть не потерял дядю, но обзавелся семьей.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Лань Сичэнь. — Я пришёл, потому что ты не отвечал на мои письма, — заявил Цзян Чэн, усаживаясь напротив Лань Хуаня. — Да, потому что я нахожусь в уединении, — раздражённо ответил Лань Сичэнь. — А я твой муж! — воскликнул Цзян Чэн. — Или ты забыл об этом?

– Лань Хуа..м... – его рот был нагло закрыт поцелуем, на который ни ответить Цзян Чэн просто не мог. Нет, он не мог ни подчиниться этому человеку, который должен провести сегодняшний день на работе в другом городе.

В Ланьлине проходит собрание глав орденов. Цзян Чэн и Лань Хуань тоже прибыли в Башню Золотого Карпа, вот только Ваньиня почему-то беспокоит внешний вид Сичэня... Неужели тот заболел?

Ища подарок для своего любимого Нефрита, Цзян Чен натыкается на подлость судьбы и ревность главы Лань

Цзян Чэн вновь просыпается в холодном поту от очередного кошмара

- Глупый мой ребёнок, ты самое лучшее, что случилось в нашей жизни с Сичэнем.

555 - не самое счастливое число или..?

Цзян Чэн знает, что болен. Трудно отрицать это, когда он то потеет, то дрожит, а мир немного размыт по краям. Не говоря уже о заложенном носе и ослепляющей головной боли, пульсирующей в висках. И все же он не может отдохнуть, как того требует тело. К счастью, Лань Сичэнь здесь и готов позаботиться о Цзян Чэне.