Из-за двери комнаты беты доносится нуждающийся рык, и Ким позволяет себе усмехнуться, вспоминая календарик с расписанием гона Со на холодильнике. Обычно точный, как швейцарские часы, в этот раз он дал осечку и гон начался раньше.

Один - типичный ботаник, второй - классический bad boy. Они ненавидят друг друга и, по идее, никогда не должны были приближаться друг к другу. Все меняет случайная вечеринка. И уж совсем интересной получается их встреча через несколько лет. Soulmate AU, где признак связи проявляется в первой фразе нареченного в день шестнадцатилетия, написанной у тебя на руке.

Две семьи готовят слияние двух огромных компаний, гарантом которого будет вынужденный брак между их старшими сыновьями. Только вот незадача: эти двое терпеть не могут друг друга. Они оба не горят желанием общаться и "счастливую" новость о будущих изменениях воспринимают отрицательно. Пара вынуждена жить под одной крышей и терпеть друг друга. Оба полны сарказма и неприязни. Но, как известно, от ненависти до любви всего лишь шаг...

Сынмин проявляет к Чанбину повышенное внимание, и его дурацкие шутки ужасно раздражают и без того уставшего альфу. И что делать с этим несносным омегой и, самое главное, с пустотой в сердце, которая замучивает до тоски, когда Сынмин внезапно перестаёт докучать?

Чан слишком любит Минхо. Минхо его, наверное, тоже, но, видимо, не так, как хотелось бы: пока Чан стирает в кровь ладонь, думая о своём альфе ночами, тот только мажет по вожаку мягким взглядом, а потом всё равно уходит тискаться с кем-то другим. Чану Минхо очень нужен – до дрожи в измученной душе. Но не сломается ли он, если окажется, что влюблённая дрожь Минхо предназначена не ему?..

У Чанбина словно всё внутри переворачивается, едва он видит эту робкую улыбку. Шармбатонец выглядит как настоящее произведение искусства; он весь такой тоненький, хрупкий, неземной, похожий на одну из тех фей, о которых Чанбину в детстве читала мама, в этой атласной голубой рубашке, мерцающей в освещении Большого Зала; у него в глазах чуть ли не звезды отражаются – а может, и в самом деле звёзды – и Чанбин понимает, что это полное попадание.

Чанбин страдает от сарказма доставучего Сынмина, Джисон предлагает провести психологический эксперимент из тик-тока.

Из-за махинации Сынмина Чанбин вынужден спать в коридоре JYP. Но, кажется, он обижен. Каким образом Сынмин может получить прощение, знает только сам Чанбин.

Слишком резкий. Слишком дерзкий. Слишком не такой. Где Хёнджин тонкий и хрупкий, Сынмин ломает правила, заставляя его внутреннего альфу кипеть. Вместо желания защитить, Чанбину хочется его сломать.

- Бин, - прошептал Сынмин, утыкаясь носом в его шею и оставляя свой запах, - у тебя не будет шанса передумать в процессе. Ты старше и сильнее, но ровно до того момента, как ты перешагнешь порог моей спальни – дальше я возьму все, что захочу, и меня смогут остановить лишь таблетки, поэтому мои желания не важны.

- Нет, Бин, пожалуйста, отпусти меня. У Сынмина течка, и в этот раз ему не дадут лекарств и не позволят закрыться в комнате и переждать этот период. Их альфам позволили выбрать себе омег и сделать их своими, и Сынмин с ужасом осознает, кому же он достанется.

Чужое лицо вдруг заливается румянцем. Удивлённо распахнув глаза, Ким почти шипит сквозь зубы: — Что ты по-твоему творишь? Красивый, проносится в голове альфы, прежде чем он приближается к чужому лицу. Сынмин немного выше, но это не мешает Со буквально напирать на него. — А на что похоже? — На домогательство, — всё так же шипит староста, делая шаг назад и упираясь спиной в дверь. Чанбин ловит его в ловушку, выставив руки по обе стороны от чужой головы.

– Друзья не целуются, - говорит Минхо, прищурив глаза. – Э-э, иногда же они это делают? Я имею в виду, мы действительно хорошие друзья... - Чанбин пытается защититься. – Действительно хорошие друзья тоже не целуются, идиот. или: Чанбин и Сынмин случайно заводят привычку целоваться на вечеринках, затем начинают ходить на вечеринки, чтобы у них был повод поцеловаться, а затем понимают, что это ненормально.

— Меня не интересуют отношения и секс, — спокойно говорит Сынмин, даже не глядя на Чанбина. Он пялится в окно на оживлённый проспект, будто там есть что-то достойное его внимания куда больше, чем Чанбин. Внутри болезненно скребёт от этих слов. Явно не это Чанбин надеялся услышать в ответ на своё искреннее признание.

Преподавательница по анатомии сказала, что у каждого должен быть человек, которого можно прощупать при изучении материала. Чанбин (почему-то) сразу подумал о Сынмине.

Сынмин привлекал его внешне, но еще больше – и это было самой настоящей проблемой по скромному мнению Чанбина – Сынмин привлекал его как человек. Его личность, его сущность – едкая дурашливость и пронизывающая откровенность – Чанбин рассыпался на куски рядом с ним, боялся смотреть слишком глубоко и при этом совершенно не мог отвести взгляд. Он везде искал Ким Сынмина. В студии, на выступлениях, на выходных. Ему нужен был Сынмин.

— Значит — только мы? — спрашивает Чанбин, кидая неуверенные взгляды на Сынмина. — Только мы вдвоём? Сынмин снова пожимает плечами — он не знает, что именно Чанбин хочет услышать в ответ. Если бы он мог отказаться от этой поездки или перенести, он бы с удовольствием сделал бы это. — Только ты и я, — продолжает Чанбин, — в этой поездке. — Заткнись, — Сынмин бормочет и качает головой. — Это ради Хёнджина. или: Хёнджин женится, а Сынмин и Чанбин вместе отправляются в дорожное путешествие.

Сынмин никогда никому не позволял прикасаться к своему гнёздышку. Сегодня он собирается изменить это. Его психотерапевт верит в него. Сынмин любит своего парня и хочет разделить с ним эту важную часть своей жизни. Он полон решимости, чёрт возьми, сделать это. Ясно? *** Первая работа в серии "Альфа и Омега".

Чанбин не знает, на кого учится его пара. Он отправляется на поиски истины. Ничего не идет по плану: Сынмин оказывается гениальным стратегом, а Чонин — воплощением зла. *** Седьмая работа в серии "Альфа и Омега".

Ким Сынмину пора перестать угрожать всем расплатой в лице Ли Минхо, наладить режим сна, не забывать звонить маме и не пропускать завтрак. Он наступает на одни и те же грабли, каждый раз успокаивая себя, что под боком есть Хан Джисон, который граблям предпочитает вилы.