— Какая ирония: метка говорит, что я не одинок, но от этого я чувствую себя ещё более одиноким, — грустно усмехнулся Гарри. — В чем же весь смысл? Я не могу быть с тем, кого люблю, но и свою родственную душу все ещё не встретил.

Проснуться в одной постели с Малфоем само по себе странно. И тут сложно не согласиться, ведь еще вчера он вполне доступно объяснил, что если увидит Поттера еще раз, наградит новым шрамом. Вдвойне странно то, что самого Малфоя этим утром ровным счетом ничего не смутило, и, оказывается, сам Гарри ведет себя необычно. Тут уже невольно задумываешься: безумен ты, или мир вокруг? Один шаг способен перевернуть целую жизнь, и иногда лишь время показывает, насколько важно все же его совершить.

Драко, кажется, догадывается, чьи мысли чертят строки у него по коже, но это сумасшествие. Совершенно невозможно. Это какая-то ошибка. — Соулмейт-ау, где мысли твоей пары о тебе проявляются у тебя на коже магическими татуировками.

Soulmate!AU, где персонажу А все время ужасно жарко, а персонажу Б дико холодно даже под несколькими одеялами. И только рядом друг с другом они чувствуют себя комфортно.

Если бы часы шли лишь до того момента, когда Вы встретите свою вторую половинку, Вы бы хотели узнать, когда именно они остановились? Разумеется, Поттер упустил этот момент.

В мире, где каждое прикосновение истинной пары оставляет временный яркий след на коже, Драко Малфой внезапно осознает, что вся его жизнь - одно сплошное клише, потому что Мальчик-Который-Выжил-Дважды понятия не имеет, что это такое - чужое личное пространство.

Рон, разумеется, знает, как распознать одержимость кем-либо: спасибо тем же чувствам к Гермионе. И он предпочел бы, чтобы одержимость Гарри Драко Малфоем прошла как можно скорее. В противном случае, Рон проведет остаток жизни, выслушивая, насколько ужасны все девушки Хорька.

— То, что я втрескался в Поттера, не значит, что вам надо мучить меня видом его прекрасного лица весь день, — возмутился Драко, оскорбленный до глубины души, когда вновь увидел взлохмаченные смоляные волосы и поблескивающие круглые очки поблизости. А Гарри — настоящий, не Панси и Блейз под Оборотным зельем, — продолжил стоять в ступоре, заливаясь багровым румянцем.

Война что-то накрепко повредила в его голове, насылая на него эти видения. Они были настолько реальны и наполнены солнечным счастьем, что Гарри временами казалось, что он теперь живет только в них.

Драко Малфой ждет, когда же начнется его настоящая жизнь, но, оказывается, он не единственный, кто этого ждет. Кофе, благотворительность и мудрость пожилых людей.

Ты рождаешься с написанными на ладони чёрным цветом словами твоего соулмейта, который он скажет тебе при первой встрече. Они становятся серебряными, когда ты слышишь их впервые. Слова у Драко были серебряными, сколько он себя помнит.

В мире, где волшебники рождаются с вытатуированным на коже прозвищем, которым соулмейт будет их называть, на груди Гарри находится слово, которое он ненавидит больше всего.

Драко крепко зажмурился, мысленно досчитал до трех и повернулся к подруге. Панси шокированно разглядывала огромную колдографию, на которой Гарри Поттер целовался со своим лучшим другом Роном Уизли. Под колдо пестрел какой-то заголовок, но как Драко ни пытался, прочитать не получалось. Мозг отказывался воспринимать происходящее.

Восьмой курс Хогвартса играет в фанты, и следующим участником выпадает Гарри. Кто же выпадет ему?..

В первый раз вызвав свой телесный Патронус, Драко падает без чувств в руки своего бывшего врага.

Гарри, который только что вернулся с пробежки, ожидал услышать на автоответчике всё, что угодно – от рекламы нового средства от насморка и предложения новых (конечно, самых выгодных) условий по кредиту, до сообщения представителя М.А.К.У.С.А. об очередном подтверждении их статуса в Нью-Йорке, но уж точно не Малфоя.

В тишине магазина оба заливисто рассмеялись. А дальше голоса зазвучали так, как они привыкли - губы в губы. Так, чтобы слышал только брат. – Нам нужно… – …срочно связаться с Гарри. – Он будет в восторге… – …и будет нам должен… – …до конца своих дней.

Гарри видит один и тот же сон уже в четырнадцатый раз, и он отчего-то намного хуже других его кошмаров. Гарри выглядит таким уставшим, думает Драко. Слишком уставшим для шестнадцатилетнего парня. Таким уставшим, будто весь мир его расстроил. (А так и есть). Или: Драко видит сны Гарри, Гарри не может перестать видеть кошмары, а Драко достаточно храбр, чтобы помочь ему.

Драко кажется, что его соулмейт-таймер не появится никогда. Но потом это происходит — и на часах всего одна минута и семнадцать секунд.

Драко умирает от болезни Ханахаки. Так ему и надо, думает Гарри.