С лёгкой улыбкой он прошёл мимо Тилла в гримёрку, приветствуя персонал. Тилл стоял, с отвращением уставившись на пустое место, где только что стоял Иван. Иван целовал других? Чёрт, почему это звучит так раздражающе? Тиллу ведь и самому приходилось целовать других актёров ради ролей, так чем же это отличается? Он вздохнул и обернулся, услышав, как режиссёр зовёт готовиться к съёмкам. // Тилл сохнет по ничего не подозревающему Ивану, пока они записывают сцену с поцелуем для 6 раунда.

Если Ивану хочется шутить, хихикать и накручивать волосы на пальчик перед какой-то девушкой, которую Тилл в жизни не видел, это не его, блять, дело. — Я не думаю, что у Ивана настолько длинные волосы, что их можно накрутить на палец, — говорит Мизи. — Это фигура речи, — огрызается Тилл.

— Они должны были позволить мне хотя бы поцеловать тебя в ответ, — бормочет Тилл в губы Ивана, вызывая тихий смех, который отзывается во всём теле. — М-м-м. Возможно, всё могло быть куда печальнее, — отвечает Иван, даря Тиллу последний нежный поцелуй, ужасно напоминающий тот, что был на сцене. Тилл подсознательно сжимает руки Ивана крепче, проводя большими пальцами по запястьям и нащупывая пульс.

Тиллу снится смерть Ивана в другом мире, в другой жизни. Но в этом мире Иван жив и он здесь, чтобы убедиться, что Тилл знает об этом.

Если он не будет бдительным, Тилла утащит какой-нибудь жалкий и недостойный альфа-вредитель. Иван откинулся на спинку кресла, размышляя, что сделать, чтобы ни у кого больше никогда не возникало никаких подозрительных мыслей о Тилле. Он должен действовать осторожно. Если спалится, Тилл может прийти в ярость. Допивая свой напиток, Иван начинает разрабатывать план. // Или же Иван и Тилл пропускают пару этапов в своих отношениях, не так уж скрытно пытаясь манипулировать друг другом.

Иван — опытный айдол, ставший актёром-новичком, — встречает на съёмочной площадке своего кумира. Кое-что происходит. Много чего происходит. Иван, похоже, выиграл эту жизнь.

— Я бы отдал тебе весь мир, — шепчет Иван, прижимаясь лбом к лбу Тилла. — Я готов на всё ради тебя, Тилл. Он говорит искренне. И ничто в мире не могло этого изменить. // Всё, чего Иван когда-либо хотел, — это любить его. И он готов на всё, какой бы ни была цена.

— СУА ИВАН ЗАБОЛЕЛ СОС БЛЯТЬ ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ БЛЯ БЛЯ ПОМОГИ!! Суа, телефонная наркоманка, отвечает без промедления. И это вообще не помогает: — ЛМАООООООООООО Ладно, пошла она на хуй, летит в чс. Мизи, конечно, может забеспокоиться, но она просто невыносима, когда дело касается заботы о других, так что нет смысла зря её тревожить. Хёна, наверное, тоже посмеётся. А Иван – тот самый больной. Получается, Тилл остался один. Тиллу нужны новые друзья.

Известные стримеры Иван и Тилл оказались в центре скандала из-за подозрений в квирбейтинге. Но в чём же проблема? В том, что они помолвлены.

— Не дразнись! — Мне сам Бог велел дразнить тебя. // Мизи и Иван — лучшие друзья детства, одержимые одной новеллой и одноимённой манхвой. Представьте себе их удивление, когда они переродятся в качестве главных героев, которые по сюжету живут вместе долго и счастливо. Вот только оба влюбляются в персонажей, которым суждено умереть!

Он знал, что это была плохая идея. На сердце тяжелеет каждый раз, когда люди проходят мимо, просто бросая взгляд на его картину, и переходят к другому холсту. Но внезапно высокий парень, к тому же прекрасный, останавливается и пристально разглядывает его творение. Может, у его картин и не будут собираться огромные толпы, но, вероятно, ему будет достаточно одного красивого парня с кривым зубом.

— Знаешь, мы могли бы просто поцеловаться и без омелы, — говорит Иван, наблюдая, как Тилл отчаянно дёргает ветку.

Следующие несколько недель, Иван наблюдает. Тилл имеет ужасные оценки по всем тестам, но прекрасно играет на гитаре. Он никогда не появляется в школьной столовой, как бы внимательно Иван ни оглядывал присутствующих. В то же время, он также не видел, как Тилл ест в классе. А еще, Тилл был тем, кто ухаживал за цветами во внутреннем дворе школы.

Иван уставился на пол в ванной, — на некогда белую перламутровую плитку, измазанную красными разводами, словно испачканная канва, — его чёрные глаза, тусклые и пустые, как мрачное ночное небо, лишённое звёзд. Лезвие в его руке — маленькое, острое, а теперь ещё и блестящее от крови — дрожало между тонкими пальцами. Это должен был быть конец. Он же уже всё решил, да? Так почему его руки так чертовски сильно тряслись? Почему он чувствовал себя так... нерешительно?

Тилл наконец набирается смелости признаться в своей давней любви Мизи, но вместо этого она совершает перед ним каминг-аут. Отказ приводит его к тому, что он занимается самоанализом, осознавая, что он, возможно, и сам немного гей. Возможно.

У всех есть родственная душа, но не все могут её увидеть. Красная нить связывает тебя с самым подходящим, совершенным для тебя человеком. Тем, кто создан специально для тебя. Но что ты почувствуешь, когда человек, который тебе нравится, связан с кем-то другим? Что будешь делать, если тебя не устраивает тот, с кем связан ты? Возможно ли вообще бороться с судьбой? А вот Тиллу приходится задаваться всеми этими вопросами с самого раннего возраста.

— Я счастливчик, — Иван нежно обхватывает ладонями лицо Тилла, проводя большим пальцем по его губам, всё ещё припухшим от их предыдущего поцелуя. — Я у тебя первый во всём. Чёрт, так он и думал. Тилл никогда к этому не привыкнет. // Тилл и Иван узнают, каково это — любить. И быть любимыми.

— Кто? — голос Тилла едва звучал. — Кто это, Иван? Стыд вспыхнул на щеках Ивана, контрастируя с ледяным ужасом, свернувшимся в его груди.Каждый хриплый вдох будто шлифовал его воспалённые голосовые связки наждачной бумагой. — Это... — начал он, но запнулся. Признание застряло в горле, как ещё один распускающийся лепесток. В глазах Тилла что-то мелькнуло.

Тилл смотрит на Ивана и понимает, что именно сейчас - тот самый момент, когда он хочет сделать ему предложение, даже если у него нет с собой кольца.

в черной дыре был свет. в злом мире была надежда. ведь у Ивана был Тилл.