Ему никогда не понять, зачем точно Джинкс это проворачивает или разыгрывает. Зачем дразнит его, зачем в один день преданно смотрит в глаза и с энтузиазмом глотает положенные таблетки, в другой — швыряет пузырёк через всю комнату и орёт, как взбесившийся тролль, что ненавидит его, вырвет ему глаза, перережет глотку. Повторяет скороговоркой на разные лады: «Ненавижу тебя, ненавижу тебя, я тебя ненавижу, Экко, ненавижу тебя»...

Четырнадцатое февраля — ужасный день, так как половина школьников не воспринимает его всерьёз, а половина — воспринимает, и в жизни никогда нельзя догадаться, с какой стороны барьера находится тот, кто вручает валентинку. Особенно если это твой друг. Особенно если ты сам считаешь подобные праздники необычайно значимыми.

Он знал, что она захочет свести счёты с жизнью снова. Стоило догадаться, что тяга к саморазрушению рано или поздно приведет к печальному финалу. Именно поэтому после того, как всё закончилось, Экко рванул к ней.

Джинкс и Экко — лучшие друзья с детства, и, кажется, ничто не может разрушить их дружбу. Но один случайный поцелуй и робкие чувства, которые они так долго скрывали, ставят их отношения под угрозу. Смогут ли они сохранить дружбу или решатся на нечто большее?

Она уничтожила совет, а теперь... -Паудер ничего не помнит -Или почти ничего - холодным голосом Хеймердингер подтвердил догадки Экко, ставшие для главы Поджигателей надеждой -Не дай ей себя обмануть - добавил Шрам, но паразит уже был у цели

Ответ он знал. Любовь. У других это слово вызывало нежность и трепет, а у него от этого слова щемило под ребрами, перед глазами мелькали голубые, словно беспокойное море во время шторма, глаза, бомбочки, яркие цвета, розово-голубой облезлый маникюр, голубые длинные косички, татуировка на пол тела голубых облаков, в ушах стоял сиплый голос и язвительные замечания, хихиканья, в разуме рисовалось, вначале, нежное «Паудер», а затем, разрывалось другим именем, «Джинкс».

После взрыва инъекция шиммера от Синджеда была введена не Джинкс, а Экко.

Его глаза горели, когда Пау погружалась в работу, ловко управляя инструментами, словно мир вокруг переставал существовать. Казалось, эта хрупкая девушка способна починить всё на свете — от сломанных механизмов до разрушенных надежд. Но потом... эта странная червоточина. Прошла всего секунда. Теперь она стоит на мосту из своих самых мрачных кошмаров. Напротив — Экко. Его взгляд, когда-то полный света, стал уставшим, потухшим. Его пистолет — отчётливо тяжёлый, — направлен прямо на неё.

После жестокой битвы, где Джинкс оказывается на земле, Экко сталкивается с собственными противоречивыми чувствами. Любовь, которую он не может забыть, и ненависть, которую она породила, заполняют его мысли. Когда молчание становится их единственным языком, вопрос остаётся открытым — почему он её не убил? Скрытая боль и невыраженные эмоции начинают разрушать всё, что они знали о себе и друг о друге.

Он утратил любовь своей жизни трижды: совсем малышкой, Паудер из другой вселенной и Джинкс. Три чертовых раза его сердце разрывалось на куски. Он лишь научится жить с этим, но никогда не сможет отпустить.

– Просто, черт, в чем твоя проблема? Что? Что тебе от меня нужно?! – Последние слова она почти выкрикнула. Ее рука автоматом тянется к кобуре, но оружие так и осталось на поясе. – Что мне нужно? – Он ухмыльнулся. Экко подошёл к девушке, приложил ладонь к ее щеке и, внимательно вглядываясь в ее глаза, произнёс: – Мне нужно, чтобы ты меня вспомнила, Паудер.

Сейчас он был священником, а она лишь несчастной грешницей, которая пришла покаяться перед смертью. Самое несправедливое в этом то, что и он отчасти виноват в её грехах, но ему всё сойдёт с рук.

Джинкс мысленно млела, изливая всю свою нежность, скопившуюся за месяцы после смерти Силко, в одно прикосновение, на которое Экко отвечал таким же слабым, как и у его фантома, сжатием ее плеча. Сколько нежности нужно проявить, чтобы приласкать дикого зверя?

Что было бы, если Джинкс нашла раненого Экко раньше Хеймердингера. Действие происходит во время 8-го эпизода.

Джинкс нужен не хаос. Джинкс нужен голос, который может заглушить другие.

Сверхмощная ракета Джинкс влетела в здание Совета, не только разрушив жизни людей, но и уничтожив последние крупицы надежды на светлое будущее. Хаос поглотил народы Пилтовера и Зауна, превратив привычный мир в кровавую бойню. Удастся ли воскресить мёртвое и спасти безнадёжное? История о любви, надежде, отчаянии и времени.

Голубые косы взметнулись в воздухе, и откуда-то, он не смог разглядеть от куда, она прыгает к нему на колени, оседлав его - Джинкс.

Экко ясно осознаёт, если развязать его язык Силко поручил именно Джинкс, то, учитывая весь её арсенал, предыдущие трое мужчин, избившие его до полусмерти, покажутся ему божьей милостью. Он глупо моргает, когда из всего возможного оружия она достает из поясной сумки крупное красное яблоко.

Даже если это было сном, это был первый сон, где он смог к ней прикоснуться.

— Здесь нет ничего стоящего спасения, Экко, — говорит она после нескольких долгих минут молчания. Её голос апатичный и хриплый, будто Джинкс не разговаривала много лет. Она равнодушно растягивает каждое слово, потому что теперь ей не за что было цепляться в этой жизни. — Больше ничего. — Всегда есть что-то, — говорит Экко, и в голосе его сквозит тихая нежность и ворох затаённых желаний.