— Да как ты?! — у Титова слов не хватало описать весь спектр своих эмоций. — Ты сам попросил, — улыбнулся Максим, глядя на него снизу вверх обезоруживающе улыбаясь. — Придурок, больной, кретин полный, чудище лесное, дурак, — посыпалось из смущëнного Дениса и тот выскочил в кухню, а затем и на двор, где по мокрой траве скользил утренний туман. — Ну и чего ты парня дразнишь? — посетовала Анна Петровна. — Нравится, так ты так и скажи, нечего, как в первом классе.

Стёпу снова избил отец. Он заебался. Сил нет даже плакать. Вся жидкость в организме куда то резко подевалась

Скрипит стул. Стëпа неловко дергается, даже как-то непреднамеренно, когда напротив садится дядь Жека — главное пялит на него так, сука, пристально, что от этого взгляда сбежать хочется. И Стëпа знает, куда был направлен его взгляд. На серьгу в ухе.

Молодой потомственный колдун Иван волею судеб оказывается связан с демоном, сбежавшим из нижнего мира, и пытается с этим как-то жить и работать.

dark! Денис Титов. Он убивает Хозяина, заключив сделку с его сыном. У нового Хозяина он просит выполнить одно желание. Отдать ему одного человека.

Максим и Денис выжили в Топях и вернулись в Москву. Казалось бы, теперь всё снова хорошо, но оказывается, что начать жить нормальной жизнью не так-то просто.

Шеол — с древнееврейского «обитель мёртвых»; применяется не только для обозначения ада, но и духовной смерти. Денис не следил за сводками новостей, социальными сетями и мессенджерами — даже за Трутоком, который когда-то казался единственным смыслом жизни. Сейчас это всё сильно поблекло и истёрлось, словно на древней фотокарточке у бабы Нюры на стене. С течением лет человеческое в нём всё глубже уходило, пряталось, уступая место вездесущей и пронырливой хозяйской силе.

Денис отправляется в монастырь, чтобы вылечить свою «болезнь», из-за которой его ненавидит даже мать. Всё было бы очень легко, но его начинает докучать один высокий альфа с кудряшками...

— Дай ушки потискать и за хвостик подёргать? AU! очарованный Макс (не)пытается противостоять Денису-кошаку.

- Володя, - начал он, поставив локти на стол, - а вы прозвища друг другу даете? - Поясни, - сдвинув брови, потребовал Маяковский. - Ну, знаешь, «котик» там, «дорогой», «зайка»… - Не продолжай. Разумеется нет! Или как Пастернак развел Маяковского.

Олег срывается к Разумовскому прямо из Сирии. Из места, мать его, прямых военных действий.

– Я правильно тебя понимаю: ты поцеловал его, думая, что он тебе врежет, но он поцеловал тебя в ответ, и ты был так взволнован этим, что ударил его сам, первый, а он тебе потом тоже вмазал? – Да... – обречено простонал Дима, прикладывая замороженную кукурузу к разбитой губе. – Это не смешно, Юль! – Очень смешно! – хохотала Пчелкина. //История о самой неловкой на свете попытке выразить свои чувства.

— Ты выжил. Да или нет? — Да. — Тогда поцелуй меня так, чтобы я тебе поверил.

– У тебя кровь, – констатирует Дубин, и Игорю хочется врезать самому себе со всей силы. Молодец, блин, хорошая работа, заставил Димку ещë сильнее волноваться. – Игорь, это точно просто грипп? У Димы голос такой, словно он обо всëм уже догадался. Это было бы, в принципе, неудивительно – Дубин умный, и мент из него что надо. – Это точно просто грипп, – отвечает Игорь твëрдо.

— Знаешь, вместо того, чтобы в очередной раз тебя пиздить, я бы с тобой лучше потрахался. Игорю становится не до смеха. Потому что он бы, блять, если честно, тоже. Только есть один нюанс. Игорь — мент. А этот пацан — преступник. Ментам с преступниками трахаться, вообще-то, не положено.

Запахи, когда ты альфа или омега играют огромную роль в твоей жизни. Именно по запаху можно найти истинного, того самого человека, предназначенного тебе судьбой. Но что если запахов нет?

Парень по-турецки сидел на песке у самой воды и, похоже, увлеченно рисовал, не обращая на Олега никакого внимания — на его коленях лежала толстая потрепанная тетрадь. — Привет? — Олег шагнул еще чуть ближе и негромко позвал его, — Как тебя зовут? Парнишка замер на мгновение, а потом поднял голову, небрежно заправив рыжую прядь за ухо. Он взглянул резко и прицельно, будто выстрелил прямо в лицо, и Олег остановился как вкопанный, прикованный к месту взглядом пронзительных синих глаз.

Попытка представить как проходило детство Сережи и Олега.

– Олег Волков. - он покосился на камеру, блеснувшую алым глазком. - Я бы... хотел видеть Сергея Разумовского. Можно сказать, личная встреча. Повисла тишина. А потом из динамиков зазвучал голос Серёжи - явно записанный заранее, но тёплый и живой: – Добро пожаловать, Олег. Я очень скучал. Чувствуй себя как дома. ____________ Или АУ, где Олег всё же приходит вовремя.

Удар об стенку штука крайне неприятная. Особенно когда тебя бьёт человек, которого ты знать не знаешь, которому ты ничего толком сделать не успел.