Люди галдят, толпятся, снуют туда-сюда косяками мигрирующей рыбы, а спина Сугуру всё удаляется и в конце концов окончательно пропадает из виду. В этот момент Сатору осознаёт, что конкретно так проебался. Или история, в которой Сугуру всё равно уходит, но по-другому.

Сугуру зарабатывает честно: разбивая кулаки о чужие рёбра. Сатору никогда в своей жизни не работал, раскидывается грязно заработанными деньгами налево и направо. Он стремится выбраться из порочного круговорота крови, деления территорий и политических заговоров. Сугуру тонет в неоплаченных счетах за воду и электричество, подгоревшем омлете на завтрак Нанако и Мимико и ночных кошмарах. Сатору не знает о Сугуру ровным счётом ничего, но по какой-то необъяснимой причине хочет узнать как можно больше

Четыре (4) раза, когда люди осознавали, что что-то происходит между Гето и Годжо, и ноль (0) раз, когда Гето и Годжо осознали это сами.

Взяв себя в руки, он подошёл к столу. На нём стояла свеча, немытая кружка, так же лежали какие-то бумаги, несколько из них валялись на полу. Среди этих бумаг в основном были контракты, договоры, счета и…письмо предназначенное для Годжо. "Я не трус Сатору, но я не знаю, хватит ли мне смелости отправить это письмо. Оно довольно личного характера, поэтому я бы очень не хотел, чтоб оно попало в руки не к тем людям...."

Запечатанный в Тюремном царстве Годжо Сатору находит мир, в котором обитают души умерших, и встречает того, кого уже не ждал увидеть вновь.

Сукуна наконец может удовлетворено выдохнуть.

Годжо флиртовал со всеми подряд — беспечно, бессовестно и напропалую. Годжо флиртовал со всеми, кроме Сугуру.

Сугуру думает, что было бы куда логичнее, если бы Видящим был Сатору – волшебный мальчик с волшебными глазами. Сёко думает, что в таком случае у Сатору после первого же выхода в город спёкся бы мозг. Сам же Сатору считает соулмейтов полной чушью и покушением на его свободу.

Годжо Сатору распродал свою душу по частям.

- Я не думал, что ты – тоже. - Я тоже не думал. Просто как-то окончательно осознал, что в любой момент один из нас, или мы оба можем сдохнуть. И тогда же понял, что хочу поцеловать тебя. И не хочу умереть с сожалением, что не решился.

Сукуне не нравятся эти жалкие людишки, вьющиеся вокруг Итадори.

Тридцать лет назад вирус Сукуна полностью изменил мир. Привычная жизнь перестала существовать, погибнув под натиском существ, справиться с которыми под силу только тем, чей организм адаптировался к воздействию вируса. Годжо Сатору, сильнейший охотник токийского подразделения, пытается разобраться, что происходит и почему вирус внезапно возродился… При этом ему приходится столкнуться с изменениями не только вокруг, но и внутри себя, когда в его жизни появляется новый напарник Гето Сугуру.

То, что йога — полнейшая херня, Сугуру понял буквально с первого занятия, когда молодой парнишка без труда сначала легко сложился в такую асану, что казалось, у него отсутствует как минимум половина нужных для жизнедеятельности органов и костей. Либо у него вообще не было позвоночника. К удивлению, пожилые тетушки смогли повторить за преподавателем, пока Гето выбрал просто сидеть на коврике и наблюдать.

Сугуру пытается сохранять спокойствие. Подумаешь, дракон. Подумаешь, белоснежный дракон, которого давно уже как считают легендой.

История стара, как мир. Ракеты летают в космос, нейросеть рисует шесть пальцев на руках, человечество находится в самом расцвете, а очередная омега не уследила за своим циклом.

Сатору помнит примерно ничего. Ни вчерашний день, ни неделю. Весь первый курс магического колледжа канул в небытие, и воспоминания заканчиваются на жизни в клане.

Окей. Нужно признать, что Сатору совершенно точно запал на этого монаха.

Мозг отлично помнит, что этот, ещё минуту назад бывший драконом, может спалить за любой неугодный жест. Сатору, конечно, дозволялось всегда больше, чем остальным, но кто знает, что там в этой прекрасной голове?

Потому что у него под этим дешевым чокером — саднящая метка. Его, Сатору, клыков.

У них вполне объяснимая дружба между альфой и «бетой». Никаких ожиданий, намеков и полутонов. Просто в один момент что-то пошло не так.