Ин Хо не думал, что годы без нормальных человеческих связей скажутся на нем. Что его поглотит желание. Он сейчас безумно хочет снять маску перед ним и опять взглянуть на перекошенное от ненависти лицо. Что-то внутри разгорается как пламя.

Сон Ги-Хун просыпается в постели врага. Каждое утро.

События после конца 7 серии.

Про то, как Сон Ки-Хун не может уснуть, а Хван Ин-Хо решает ему с этим помочь.

горячее дыхание обожгло его шею, а дальше последовали влажные поцелуи. разум пьянел от таких ощущений, которых у него ещё никогда не было, он буквально был котёнком в его руках.

Ненависть — это всего лишь обратная сторона привязанности.

— Ты так старался убить меня, а по итогу мы с тобой единственные выжили.

Ги Хун ничего не ел целую неделю. Ин Хо покупает ему нашумевший в Корее виноград Шайн Мускат.

Он станет его. Другом, любовником, кем угодно. Ин Хо станет лучшим другом, который когда-либо был у Сон Ки Хуна. Он пожалеет, что они не познакомились раньше.

- Я вот все жду, - насмешливо проговорила "маска", - когда же ты признаешся, хотя бы сам себе, что ты здесь не для того чтобы разрушить игру... Тебе просто нравится ИГРАТЬ. Ты мог потратить эти деньги помогая вылечиться больным детям, раздать бедолагам, угодившим в долговую яму, но ты три года тратил выигрыш на то, чтобы найти нас и сыграть снова...

он любит. его любовь — невыносимое ярмо, грязное, сдавливающее горло, обжигающее, как горячий металл, оставляющий на коже шрамы. об этом не напишут в утопических романах. или о том, как ин хо заполучил всего ги хуна только для себя.

Ги Хуна смущают в жизни только две вещи: нагота и вечные игры в гляделки. Нужно поговорить с Ён Илем о том, что ему не нравится, когда на него безустанно пялятся.

Ин Хо заинтересован. Заинтересован с долей одержимости, заинтересован до сопровождения плечом к плечу на любых вечерах. Ги-Хун задыхается сквозь стиснутые зубы и давится облегченным стоном, распахнув глаза. Смотрит ответственности в лицо и вновь напоминает о своем выборе — слабости, которая привела его к переходу на другую сторону.

Все происходит после концовки сериала, в контрольном центре, после того как они сдались. Странное чувство испытывает Ки Хун, и жгучая боль после последних слов Ён Иля, после его последних вздохов. А ведь он стал ему очень дорог. Что сейчас будет? Его убьют? И он так и не узнает кто под маской? Но этот человек так с ним не поступит, да и не зачем, ведь Ки Хун ему тоже дорог.

Кровь за кровь: на его одежде кровь розовых солдат, кровь Чон Бэ, его собственная... На его глазах повязка, на его руках верёвки, на его голове зарывается в короткие волосы чужая рука. – Чувствуешь себя виноватым, не так ли? Ги-Хун слышит голос Ведущего над собой, пусть ничего и не видит.

Сумрак густой, как кровь, обволакивает Сан-Паулу, и в самой его сердцевине, словно опухоль, прячется она – заброшенная психбольница. Ее местоположение – это проклятое место, стертое с любых карт. Это не просто здание, это застывшая в агонии мука, способная свести с ума. Представьте себе: фасад, некогда окрашенный в цвета безумия, теперь представляет собой лишь искореженное месиво, изувеченное руками времени и бесчеловечности. Каждая трещина на его стенах, словно шрам от прошлых мучений.

Ин-Хо запрещает себе любить. Хоронит чувства в цинковом гробу; зарывает на глубину, в какой разлагаются кости динозавров. Ему просто страшно замарать светлого человека с чистой, словно постиранная футболка, душой. Иное описание работы: блядство.

То, что могло бы произойти после событий второго сезона (2 часть)

– Приснился кошмар?– прозвучал тот же самый голос, на этот раз немного ближе. Ги-Хун вздрогнул. Он узнал этот голос, низкий и бархатистый, пронизанный легкой хрипотцой. Ги-Хун моргнул несколько раз, и его взгляд, наконец, сфокусировался на темном силуэте, сидящем на самом краю его койки. – Ëн Иль? Это ты? – мужчина прищурился, - Что ты тут делаешь? – Я услышал, как вы ворочились. Вот и пришел проверить, все ли хорошо с вами.

"Не бойся, тебе не будет больно," – проговорил он, и его голос был мягким, почти шепотом, контрастируя с жестокостью его намерений. "Это обязательная процедура, постепенно я буду вводить в тебя другие препараты, а пока потерпи с ним." "Я не собираюсь выпотрошить тебя, выколить тебе глаза или что-то такое," – продолжал он, словно пытаясь успокоить Ги Хуна, но его слова лишь усиливали страх. "Я просто хочу преподнести тебе урок."