"Ну же, Мидеймос, составь мне компанию." И у него есть каждая причина отказать — сейчас абсолютно не время, они должны думать о защите Охемы, а не развлечениях, ведь лишь так златиусы могут сохранить покой мирных граждан, и вообще, что Фаенон себе позволяет? Но Мидей обнаруживает, что просто не может сказать “нет”, потому как даже за лисьей ухмылкой и беззаботным прищуром Фаенона он все равно мог чувствовать странную печаль.

"И что ты хочешь за победу?", невпечатленно изгибает брови Мидей, выражение застыло между раздражением и насмешкой, словно итог их спора уже предрешен и даже тратить силы на него не имеет смысла. Фаенон, привыкший к легкой надменности воина, даже не обращает на вызывающий тон внимания, лишь задумавшись на мгновение, пока его не посетит внезапная, но забавная на его взгляд мысль. "Хм, как насчет… поцелуя?"

После победы над Никадором Мидей возвращается к себе в купальню и пытается осмыслить произошедшее. Но это необходимо не только ему.

Мидей для него подобен раскрытой книге. Очень интересной, отсторосюжетной, охотно кусающейся (как в «Гарри Поттере») книге. А Фаенон очень любит читать. Даже если то, что он читает, пытается его обматерить в процессе.

Ему и самому нужен был сон. Но Мидей от сна отказался. До самого рассвета он не разрывал объятий. Не отрывал губ от теплого лба.

– И давно у тебя появился парень? – спрашивает Кирена, сидя на диване в позе лотоса. – Что? Какой парень? Кирена взгляд поднимает. – Контакт «любимый», а если быть точнее, то Мидей. Спрашивает придёшь ли ты на сегодняшний концерт. Или ау где Мидей периодически выступает в клубах и постоянно зовёт Фаенона на выступления.

Ради его миссии пожертвовали собой многие люди, но, открыв новый мир без боли и страданий, Фаенон первым делом пошел искать того, чья смерть ощущалась как предательство. | AU, в котором новая эра на Амфореусе действительно наступает, и все персонажи оказываются живы.

— Прошу прощения за вторжение, принц. Лёгкая улыбка коснулась его губ. — Что-то внутри подсказывало мне, что я имею право войти в библиотеку при дворе.

...и один раз, когда Фаенон догадался.

– Зачем пришёл-то? Предположу, что разглядывание меня не является целью твоего визита, – язвительно проговорил Мидей, не сводя взгляда с Фаенона. – Устроим спарринг? – уверенно произнёс Фаенон, внимательно вглядываясь в лицо Мидея. – Без копий и мечей, на руках.

Тут и там распространялись волны дрожи. Перегрузка. Колоссальная сенсорная перегрузка. Он готов был ощущать на постоянной основе меч в животе или едва ли не снесенную с плеч голову, держащуюся на одних только сухожилиях, но не медленные осторожные прикосновения.

Фаенон не понимает, почему ввязался в этот бред. Даже если он одинок, а друзья постоянно называют грустной и доброй собакой, это не причина заставлять его идти на такие крайности. Или как Фаенона заставляют идти на свидание вслепую.

Мидею приходилось оберегать их физические отношения от всеобщего раскрытия и не позволять им слишком заигрываться. Никаких объятий, никаких поцелуев... Будь они в Кремносе, их физические отношения поощрялись бы. Их бы понимали, ведь народ Кремноса следует этим путём уже как много веков подряд, это было нормально. Но жители Охемы благоволят их отношениям, пока пара придерживается исключительно духовного уровня.

"На что ты уставился, Спаситель?" Даже сейчас в голосе Мидея есть определённая надменность, и Фаенону не удаётся скрыть своей улыбки при этой мысли — ему казалось восхитительным то, как гордость не покидала мужчину ни на мгновение даже в такие интимные моменты, разделённые на двоих. "Разве мне запрещено тобой любоваться?"

О, Мидеймос давно такого не чувствовал. После падения Кремноса, казалось, что принца ничего не тревожило. "В любой ситуации оставайся непоколебим" - так говорила мама. И Мидей безоговорочно следовал этому наказу. Один день превратился в месяц. Один месяц - в год. Год - в целые столетия.

Каким бы суровым и дисциплинированным воином Мидей ни был, в Охеме нашёлся человек, который уничтожил его хладнокровие и разжег в сердце огонь желания.

В самом центре поля брани стоял он. В состоянии Кровной Мести Мидей выглядел не иначе как великий герой, статуя которого вполне может быть размещена в самом роскошном музее Охемы. Всю арену заполнила красная дымка и осколки разбитых вдребезги кристаллов, через которые преломлялись морозные лучи света. // Миссия в Руинах Раздора без первопроходца и лишних глаз.

Принявший божественность Мидей отбывает в Каструм Кремнос. Он уже попрощался со всеми, с кем должен был попрощаться. Но кое-кто вынудит его попрощаться с ним ещё раз. Теперь по-взрослому)

Мидей был крайне чувствителен к любым прикосновениям, и Фаенон проклинал теперь идею своего любовника поиграть в связывание. Не на то был расчет.

У тебя уже нет ни шанса на спасение. Нужно было думать до того, как ты первым поцеловал меня у всех на глазах в приступе ревности.