— Они должны были позволить мне хотя бы поцеловать тебя в ответ, — бормочет Тилл в губы Ивана, вызывая тихий смех, который отзывается во всём теле. — М-м-м. Возможно, всё могло быть куда печальнее, — отвечает Иван, даря Тиллу последний нежный поцелуй, ужасно напоминающий тот, что был на сцене. Тилл подсознательно сжимает руки Ивана крепче, проводя большими пальцами по запястьям и нащупывая пульс.

Слова не могли передать, как сильно Иван хотел примкнуть к чужим губам, сцеловать боль, как сильно хотел обнять его и держать близко, прижимать к груди, к сердцу. Как сильно Иван хотел, чтобы Тилл опперся на него, как сильно Иван хотел сказать, что с ним все будет в порядке, что он не так одинок, каким может казаться. Но Тилл не принадлежал Ивану. Тилл не нуждался ни в одном из этих жестах или словах, если исполнителем был Иван. Не Мизи.

— Суа, — начинает Иван. — Как думаешь, мне пойдут розовые волосы? В ответ она легонько шлёпает его по затылку. — Ты серьёзно? Нет. Иван с улыбкой наклоняет голову. — Тогда, наверное, мне лучше купить очки. // Иван и страдания влюблённого подростка.

В голове Ивана, когда он смотрел на Тилла, на вечном повторе крутилась одна-единственная мысль: "Умоляю, посмотри же на меня".

И в этот момент Иван понимает – его война окончена. Раз и навсегда.

Так много хотелось спросить. «Какого хуя?» покрыло бы добрую половину вопросов. Что это все значит? Я же видел тебя. Видел Мизи. Я снова тебя подвел… Разве ты не должен быть во мне разочарован?.. Но вместо этого Тилл выдал другое. — Ты плакал…

И Иван поприветствует его в загробной жизни нежной улыбкой, достойной целой жизни, полной желаний и сожалений, и скажет ему: — Наконец-то. Но вместо этого Иван спрашивает: — Почему ты здесь?

Пусть Тилл смотрит на Мизи. Пусть не замечает Ивана. Иван просто готов быть рядом и наблюдать из тени. И если Тиллу суждено отправиться в самое пекло, он прыгнет не раздумывая. Пойдёт первым туда, где будет плохо. И шагнёт следом – где хорошо. Чтобы просто быть рядом.

— СУА ИВАН ЗАБОЛЕЛ СОС БЛЯТЬ ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ БЛЯ БЛЯ ПОМОГИ!! Суа, телефонная наркоманка, отвечает без промедления. И это вообще не помогает: — ЛМАООООООООООО Ладно, пошла она на хуй, летит в чс. Мизи, конечно, может забеспокоиться, но она просто невыносима, когда дело касается заботы о других, так что нет смысла зря её тревожить. Хёна, наверное, тоже посмеётся. А Иван – тот самый больной. Получается, Тилл остался один. Тиллу нужны новые друзья.

Анализ того, как развивались отношения Ивантиллов со стороны каждого из них.

Школа! АU: Иван больше не позволит никому причинить Тиллу боль, он пожертвует всем, чтобы защитить его: собственной репутацией, временем, деньгами, своей жизнью. Поэтому, когда ему приходится начистить лица нескольким парням, он считает это самой маленькой ценой, которую мог заплатить. Но Тилл, конечно, с ним не согласен.

Перебирая светлые волосы Тилла в пальцах, Иван чувствует себя слишком хорошо. Он не способен забрать печаль парня, но если он может на мгновение утешить его — это согреет Ивану сердце.

Actor AU | #ALNST | #IVANTILL | – Расскажите нам что-нибудь о Ваших коллегах по фильму, что произвело на Вас впечатление? ТИЛЛ: Без сомнения, актёрские способности Ивана. Он всегда старается, чтобы чувства его персонажа проявлялись даже за кадром. Как его коллега, я вижу это каждый день. Это очень впечатляет... Даже не верится, что этот парень новичок, да?! Мизи неловко замолкает. – Ох, Иван... Мне так жаль.

Кто-нибудь, объясните Тиллу, как смириться с тем, что парень, который был влюблён в него в прошлой жизни, больше не смотрит на него. Хотя нет. Ему не нужно с этим мириться. Он просто схватит этого парня за голову собственными руками и заставит снова посмотреть на себя.

— Ты правда ничего не знаешь, хён, — непривычно, когда тебя упрекает тот, кто тебе едва по колено, но это даже не самое странное. — Это зал ожидания. Я кое-кого жду. — Что? — Тилл давится. "А я тогда кого жду?" Секундного замешательства оказывается достаточно, чтобы Иван мгновенно оттолкнул Хёнву и устроился рядом с парнем. — Кого-то ищешь? — спрашивает он, ухмыляясь так широко, что снова показывается его клык. Тилл громко вскрикивает.

Если Ивану хочется шутить, хихикать и накручивать волосы на пальчик перед какой-то девушкой, которую Тилл в жизни не видел, это не его, блять, дело. — Я не думаю, что у Ивана настолько длинные волосы, что их можно накрутить на палец, — говорит Мизи. — Это фигура речи, — огрызается Тилл.

— Иван? Почему ты здесь? — Пришёл вернуть кое-что. — Обручальное кольцо? Не подошло по размеру? — Просто... Всё пошло не по плану. // Иван возвращает обручальное кольцо.

— Эта песня — признание? Голос Ивана хриплый. Тилл краснеет, опускает глаза и отводит взгляд. — Да... — говорит он. — Я просто... Не могу придумать припев. — Для кого она? "Для тебя". // Один безнадёжно влюблённый идиот пытается написать песню для другого безнадёжно влюблённого идиота.

Если он не может пожертвовать своей жизнью ради Тилла… Если сейчас он может сделать гораздо больше, чем просто оставить Тилла в живых в смертельной игре, где его выживание в следующем раунде вообще сомнительно, тогда он готов на всё. Он снова спасёт Тилла. // Хёна с повстанцами спасают Ивана после шестого раунда.

— Я считаю, что, если человек, которого я люблю, счастлив с кем-то другим, то не надо пытаться лезть их отношения, вот и всё. — Я и не собирался! — ответил он. — Угх, не бери в голову. Такой, как ты, всё равно не поймёт.