Менять любовь на деньги ему не хотелось. Тем более так буквально. Всё-таки Не Хуайсан был романтиком.

Цзян Чэн привозит Цзинь Лина в загородную резиденцию семьи Цзинь, чтобы встретить там Новый Год и провести каникулы. Забота о благополучии мальчика - главное в жизни Ваньиня, ведь он его официальный опекун. Но что, если дело все же не только в желаниях капризного племянника?

– Я бы хотел умереть первым, – как гром среди ясного неба объявил Цзян Чэн. – Чего? – покосился на него Цзинь Гуанъяо. Его походка как всегда выражала грацию и благородство. Руки, заведённые за спину, размеренный шаг, обольстительная улыбка – всё, что было в этом человеке, Цзян Чэн любил безмерно. – Я бы хотел умереть раньше тебя, – повторил Цзян Чэн. – Глупости какие, – фыркнул Гуанъяо, – Зачем? – Потому что я не хочу жить без тебя.

Чтобы два одиноких несчастных дяди маленького Цзинь Лина сошлись, нужно совсем немного - капелька понимания и тепла.

— Скажи что-нибудь по-немецки, — тихая, вкрадчивая просьба едва не теряется во всепоглощающей тишине комнаты. — Зачем? — Цзян Чэн всё же задаёт вопрос. — Это заводит, — следует объяснение, пока тонкие пальцы лёгким касанием опять ведут обжигающие дорожки по шее. — У тебя красивое произношение.

Character study только Relationships study: попытка рассмотреть отношения этой пары с разных сторон их характеров - как более заботливой и нежной, так более темной и жесткой

Автор хотела бессмысленное пвп чэнъяо, но потом узнала, что Цзинь Лин называет Цзинь Гуанъяо сяо шушу — младший младший брат отца. И получилось это.

Достопочтенный Глава Ордена Цзян оказался недостаточно терпим к алкоголю, и вообще, в целом, не слишком терпим.

Цзинь Гуанъяо смотрит на почти готовое письмо, предназначенное для Цинь Су, пока что просто дружеская переписка, вскоре обещающая стать нечто большим, но... Мужчина переводит взгляд на мягко улыбающегося Цзян Ваньиня, держащего на руках радостного А-Лина, и мнёт письмо, выбрасывая его в мусор.

АУ, в которой Цзян Чэн и Мэн Яо познакомились ещё в Юньмэне, когда были подростками.

Тёплый день, аромат распустившихся лотосов и немного воспитания Цзин Лина...

Сейчас же шатен стоял с А-Лином на руках, мягко улыбаясь Главе Ордена, как привык это делать при всех остальных. Ваньинь убрал сверкающий молниями Цзыдянь, заставив себя успокоиться, чтобы не напугать ребёнка. — Вы уже прибыли, Господин Цзинь. Пройдите к слугам, вам покажут детскую, а за одно и ваши покои. — Вы уже прибыли, Господин Цзинь. Пройдите к слугам, вам покажут детскую, а за одно и ваши покои.

Цзян Чен пытается загладить вину и сделать подарок

После всей мерзости, совершённой Мэн Яо, ему не светил даже ад, но Цзян Чэн поклонялся ему как самому чистому и непорочному божеству.

Хэ Сюань невольно создаёт воронку, внутри которой отображается юноша, сидящий на берегу. Черновод сам не знает, как и с каких пор он стал следить, скрываясь по ту сторону водной глади. Но сколько бы он не смотрел, ему всегда недостаточно. Однако даже признаться себе в этом он не может.

Решил однажды Хэ Сюань признаться в любви Ши Цинсюаню, а итоге всё свалили на Се Ляня. Вот такие пироги.

— Давай ты возьмёшь мою фамилию? — быстро и смотря на лицо любимого человека выпалил Ци Жун, пока Ши Цинсюань замер, смотря на того.

Ши Цинсюань успокаивает Ци Жуна во время истерики, зарабатывая последние крупица доверия.

Когда Хуа соглашается на пари, то он не раздумывает ни секунды. Он быстро набирает сообщение, нажимает «отправить» и переводит телефон в беззвучный режим, после чего тот отправляется на диван экраном вниз, а он садится рядом, поджимая к себе ноги. Он поймёт, что эта шутка, — думает он. Ведь Ци Жун должен знать, как Хуа Чэн зависим. Должен понимать, что он никогда не выкинет в мусорку то, что они построили вместе.

Чушь какая-то – ревновать своего парня к собственному брату. Ци Жун умом-то это сам понимает, но сердцу никак приказать не может. Занесло же его!