(боевая академия) идёт джейс по улице, видит – протез виктора. лизнул его и прилип

я перешел черту от гордости к безумию, и больше не могу винить тебя ни в чем.

Виктор чувствует, как поднимается над землёй.

...будто они всего лишь выторговывают отсрочку у собственных сценариев.

Которую мне не суждено прочесть

Виктор в его уютных объятиях выглядит как что-то законченно идеальное.

Виктору не хочется смотреть, как на шее Джейса затягивается петля политических интриг. И будто даже что-то перестаёт умирать в нем, когда после танцев в честь Дня прогресса (праздник прошел мимо Виктора, как и все прочие) Джейс приходит в лабораторию.

в его глазах он наблюдал вселенную

Медленно, миллиметровыми шажками, но они продвигаются вперед; и так же медленно, по капле, по мельчайшей песчинке, тает Виктор. Несколько месяцев (полгода, быть может?) прошло с начала их партнерства – с того момента, как тогда только ассистент декана остановил его от безрассудного желания положить конец всему, и с каждым днем Джейс видел, как сильнее впадают скулы Виктора. Он уже не всегда понимал, решительный ли блеск чужих глаз, или же болезненный.

Джейс не понимал, что он сделал не так.

Он умирал. Знал об этом достаточно давно, чтобы шестеренки в голове ускорили свой ход в тысячу раз, при этом двигаясь и трогая частички его мозга в абсолютно хаотичном порядке. Чем больше он работает, тем больше он думает. Тем больше процент попадания в это самое место - пучину ненужных дум; бескрайней вариативности; анализу жестов, мимики, фраз. И все это из-за одного единственного человека.

Джейс был словно воплощением того, чего хотелось Виктору. Идеи, знания, уверенность и нестандартность мышления. Возможно, у помощника декана Академии были завышенные стандарты, но этот юноша чётко по ним проходил.

Мягкий поцелуй за ушком, чуть ниже на холке и лёгкий укус за лопатки, а по телу Виктора бегут мурашки. Он напрягается, привстает вслед за уходящими губами и только тихо стонет от того, что Джейс возвращает его обратно.

Идеи Виктора подвергнуты всеобщему порицанию. Он вне закона. Но осталось кое-что, что он должен отдать Джейсу.

Выступая публично, лучше не отходить от заготовленной речи, иначе может случиться неловкость. Джейс не фанат чтения с бумажки - и однажды он оговаривается.

Дышать. Главное не забывай дышать.

Не всё, что мы себе придумываем и фантазируем становится правдой. Но кто сказал, что это плохо?

Самым близким для Талиса стал человек, с которым его роднил скрупулезный подход к дорогому сердцу делу и отличало абсолютно все остальное. Как заведено, для слаженной работы механизма нужны разнокалиберные детали.

Иногда Виктору не хватает возможности попросить чего-то прямо, и тогда Виктору приходится исхищряться.

Эксперимент, подтверждающий теорию Виктора: Джейс хочет подчиняться.