Жан дрожал от ужаса и страха. Черные стены Эвермора душили его, смыкались над головой и лишали того, что осталось от давно разбитой души. Руки скользили по его собственной крови, он не мог бежать или бороться, лишь надеялся закончить своё жалкое существование. Защитник Воронов никогда не думал, что будет кому-то нужен, что сможет получить и почувствовать любовь, пока в его мрачной жизни не появилось собственное солнце, со светлыми волосами, яркой улыбкой и россыпью веснушек на щеках.

Рядом с Джереми кошмары обходят Жана стороной, и он спит спокойно, пока ему мерно сопят в шею. Да, пожалуй, довериться капитану Троянцев было отличным решением.

Жану страшно. Жан в отчаянии. Он тяжело дышит, и просит, что бы его обняли. Джереми дарит ему самые яркие объятия.

Он должен был кривиться от вида поцелуев. Должен был насмехаться над парочками и презирать всё, что связанно с любовью. Уж точно не нуждаться в ней. Уж точно не желать её. Уж точно не чувствовать.

Джереми осторожно учит Жана не бояться воды. У него получается.

Джереми помогает Жану справиться с кошмарами.

Так — везде.

— Я не смогу отмыться, Джереми. Ты можешь злиться, ты можешь... Я выдержу любое наказание, правда! Ты можешь быть грубым со мной, можешь не спрашивать, хочу ли я, можешь меня выпороть, правда, я все выдержу! Только перестань игнорировать меня!

Жана не выпускают на поле уже вторую тренировку подряд. Тренер Леснински ясно дала понять, что пока тот отказывается сходить на массаж без объяснения причины - на поле ему делать нечего. А причина ясна, как день - массажист слишком напоминает демона. Джереми, что делит комнату с Жаном немного неловко себя чувствует собираясь утром на тренировку без своего партнёра. - Жан, извини, я попр.. - его перебивают не дав закончить. - Заткнись. Я разберусь сам.

Жан был строгим, язвительным и едким... Жан был спокойным, тихим и закрытым... Жан был весёлым, тёплым и домашним... Джереми видел его разные стороны. ... Жан был напуганным, дрожащим и полным ужаса... Джереми впервые увидел его таким.

– Я просто хотел сказать, что собираюсь принять душ. – Хорошо? Джереми был слегка смущенным, сказав: – Я подумал, тебе стоит знать. Во взгляде, который они кидали друг на друга, чувствовалось заметное напряжение, способное пронзить насквозь. Было ли это приглашением? *** Джереми помогает Жану избавиться от его боязни воды, и это превращается в дурную привычку.

– Ты такой красивый, – шепчет Джереми ему на ухо, целуя в шею. Жан вздрагивает. – Что?...

Пять раз, когда Джереми ревнует Жана, и один, когда для этого нет никаких причин.

Три раза, когда Жан игнорировал боль, следуя правилам Гнезда, и один раз, когда он позволил Джереми разобраться со своей болью.

После долгих лет выживания в Эверморе у Жана остались глубокие раны — не только на теле, но и в душе. Боязнь голода не отпускает его: он прячет и запасается едой, ест через силу, не доверяет даже самым простым блюдам, а Джереми просто рядом. Он помогает ему заново почувствовать вкус жизни — не через пищу, но и через тепло, заботу и доверие.

Старые раны Жана, полученные в Гнезде, затянулись, и теперь во время тренировок дышать стало намного легче. Лёгкая боль осталась только в местах вывихов и переломов, а также проявлялась в виде головной, напоминая о многочисленных сотрясениях в прошлом. Но эту боль Жан уже не чувствовал. И это вдруг стало для него проблемой.

Альфа — Джереми Нокс Омега — Жан Моро Чёрные волосы и взгляд цвета дождливого неба. Оттенки запахов с виноградников Франции, заплетённые в мягкие кудри. Человек, созданный для кого-то другого. Сколько нужно тепла и света, чтобы выкрасить бледность кожи, стереть мешки под глазами, смыть усталость? Наш_твой Солнечный корт. С тобой каждый из нас готов поделиться теплом. Но меня будет больше.