- Да. Разве не так? Вы, как и ваш отец, стремитесь к познанию. - Ты идиот.

Точно! Ведь в памяти хранились не только будничные моменты, но и те, что обычно происходили в спальнях. От этого шепота по спине пробежали мурашки, и Аверин невольно отставил бокал. — И... сколько таких «умений» в вашем арсенале? — Ваше сиятельство, вы интересуетесь исключительно в исследовательских целях? — А как иначе?

Одно из дел Управления идёт не так, как ожидалось, и граф Аверин оказывается вынужден прибегнуть к экстренным мерам. Эти самые «Экстренные меры» не очень довольны тем, что кто-то покушается на жизнь его колдуна.

Аверин всегда воспринимал Кузю как дива или человека, однако забывал, что истинная его форма – это кот, и она же определяет некоторые его повадки. А коты так легко могут разыграться...

Кузя вздохнул. - Я хочу… Можно мне хотя бы разок поспать с вами, Гермес Аркадьевич?

Очередное утро в доме Аверина. Кузя любит испытывать терпение хозяина.

Текст вдохновлен и является прямым продолжением работы автора **Хочется плакать** "Бездуховное это самое" https://ficbook.net/readfic/019607b6-50bd-7b4c-9681-6bcfd93f98fa Серьезно, сперва сходите в первоисточник, ибо оттуда взято и авторское допущение, и возникший из него конфликт. АУ (да, я настаиваю, что это АУ), где для дивов секс является адекватной заменой драке.

Гермес Аркадьевич не приготовил вовремя для Кузи ответный новогодний подарок.

Гермес Аркадьевич и правда был тем, кто мог принять дива на троне Российской Империи. Но не тогда, когда этот див был его первой любовью и несостоявшимся убийцей.

- Кузя, люди так не делают. У мужчин одна одежда, у женщин другая, иное уже считается непристойным.

Кузя и Гермес Аверин празднуют Белтейн. Даб-кон очень легкий. Аверин - боттом.

Мартовское солнце сияло сквозь ажурные занавески, раскрашивая комнаты витиеватым золотым узором и высвечивая из реальности мгновения их повседневности: игривость и ревность Кузи, улыбчивую строгость графа, неуверенность Мончинского и собственничество Владимира; моменты первой, похожей на весну, любви и переплетающихся с нею страха и ненависти. Но, конечно, в первую очередь — счастья. [Сборник самостоятельных мини-работ по Аверину/Кузе и Мончинскому/Владимиру]

Из-за привязки сразу трех дивов у Аверина начинаются проблемы с контролем колдовской силы. Александр намерен помочь графу решить эту проблему.

Сергей вздергивает Владимира за ошейник, наматывая поводок на запястье, и тому приходится выпрямиться. Владимир вынужденно поднимает голову, смотрит на хозяина исподлобья, шумно втягивает носом воздух, и в его глазах загорается хищный огонь. Сергей, глядя на это, лишь кривит губы в усмешке — и вновь дергает за поводок.