На угрозу Цзян Чена сломать ноги Цзинь Лин всегда закатывал глаза и наивно не верил. Однако у Вэй Ина есть интересная история на этот счёт, впрочем, как и всегда.

— Это из-за меня? — прямо спрашивает Цзян Чэн. — Что? — Лань Сичэнь моргает. — Я спросил "это из-за меня"? — повторяет Цзян Чэн, распаляясь все сильнее. — Лань Сичэнь, мы женаты почти три недели. — Да, — подтверждает Лань Сичэнь, теперь не только смущённый, но и осторожный. (В конце концов, старейшины предупреждали, что Цзян Ваньинь унаследовал характер матери) — Верно. — Тогда почему, — рычит Цзян Чэн, — ты НИ РАЗУ не попытался заняться со мной сексом?

Операция по пересадке ядра провалилась. Оно рассеялось в руках Вэнь Цин. Вэй Ин не имеет сил рассказать всю правду Цзян Чэну самостоятельно, а потому эту роль на себя берёт лекарь. Теперь они оба калеки, с разрушенными судьбами, но месть всё равно заставляет их через боль перебирать ноги и идти дальше. Их двоих скидывают на гору Луаньцзан, не оставляя иного варианта, кроме как научиться управляться с тёмной энергией. Или они, или их. AU: Вэй Ин и Цзян Чэн тёмные заклинатели.

Среди кузнецов ходит байка, что если клинок и его мастер были близки, то после смерти владельца, в острие можно увидеть отражения самых ярких моментов его жизни. Цзян Ваньинь кует все жизнь, за это долгое время он выковал тысячи мечей, а еще больше повидал. Он часто рассматривал свои работы, видел в них себя или отражения мира вокруг, но не более. Поэтому Цзян Чен не верит в эту байку, и этим все сказано.

Цзян Чэн пошёл по пути тьмы и обозлился на весь мир. Теперь он желал отомстить не только псам Вэнь, но и остальным кланам, ведь те сидели, сложа руки и из-за них погибли его родители, пал орден и он потерял золотое ядро. Предав орден Юньмэн Цзян, он поселился в долине Диюй, которая превратилась в долину смерти, ведь стоит только ступить на его территорию — с огромной вероятностью человека поразит молния.

Спустя две смены воды в бочке и кучи использованных средств, Цзян Чэн, наконец, вылез и обтерся отрезом ткани, заменившим полотенце. Посмотрел на предложенную одежду и почувствовал, как дергается глаз. Выбора не было. Ваньинь стянул яркие тряпки с ширмы и со страдальческим видом принялся их перебирать. Мстительно оставив для Вэй Ина красочное розовое ханьфу с голубыми вставками и накидкой, себе он взял привычное фиолетовое с вышитым на груди лотосом.

О Цзян Чэне ходят разного рода слухи и единственный, кто готов их опровергнуть — Лань Хуань. Все, кроме одного.

Наследника Цзян за глаза называли Фантомом за его неуловимость и практически призрачное присутсвие в Пристани. Мало кто из народа видел будующего Главу. Но те, кому довелось, усмехались, говоря, что пурпур необыкновенно ему идет.

Цзян Чэн - оборотень, сбежавший от навязанного назойливого жениха в мир людей. Лань Хуань - влюблённый в строптивого кота дракон из самого почитаемого клана. Лань Хуань готов на всё, только бы Цзян Чэн был с ним, даже если Цзян Чэн упорно тому сопротивляется.

Русалки были народом опасным. И страшно гордым. И, если кто-то желал поймать русалку в свои сети, то чаще всего оказывался пойман сам. // Цзян Чэн - русал - на обучении в Облачных глубинах.

Цзян Чэн тяжело ранен, и находится при смерти. Как же он удивился поняв что из воды в которой он испускает свой последний вздох, резко вытаскивают, и заставляют сделать выбор. Остаться и умереть или же вернутся назад? "Если кратко, то на том свете Цзян Чэн встречает свою потерянную семью."

Первое вне гласное правило ордена Цзян: никогда не снимай руки с меча при посторонних. Оказалось, сам глава клана не соблюдает это правило.

Вэй Ин* не успевает выкрасть Цзян Чэна из Пристани Лотоса. Цзян Ваньиня сбрасывают на гору Луанцзан, лишив золотого ядра. Единственное, что даёт ему силы жить — это месть

— Ты хочешь, чтобы ребёнок обучался в Юньмене? — У тебя, — поправляет Лань Ванцзи со своей привычной непоколебимостью, однако дальше его голос слегка срывается, — Вэй Ин… называл его своим. Господи, блять, боже. Он… дядя… дважды… Второй племянник? Он понятия не имеет, что делать с первым. Каким образом у него появился второй племянник?

Говорили, что дети в Юнмэне учатся плавать раньше, чем ходить, — это была правда. Говорили, что Цзяны не так просты и в их род затесались Водные драконы, — а вот это, по мнению Цзян Чэна, уже была полная чушь. В конце концов, простым людям свойственно обожествлять заклинателей. Или просто придумывать о них какие-то сказки. Кто же знал-то?!

После всего сказанного и сделанного Цзян Чэн пойдёт на всё, чтобы вернуть своего Гэгэ... Даже если для этого ему придется заплакать.

Когда глава Цзян принёс в Пристань Лотоса ребёнка, все сразу поняли, что к чему.

Цзян Чен, будучи единственным наследником клана Цзян, увлёкся начертанием талисманов. Чего он не ожидал, так это того, что какой-то дух будет подсказывать ему, как усилить талисманы и какой для чего больше всего подходит. И ещё меньше он ожидал, что дух окажется опасным демоном.

- Почему глава Цзян такой нервный? Да просто он единственный девственник в Юньмэне! - ВЭЙ УСЯНЬ!!!

Цзян Чэн волнуется за Цзинь Лина и по незнанию становится дядей троих друзей Цзинь Лина, своего собственного брата и зятя/невесты брата.