Ринтаро Суна не любил многие вещи на этом свете: например, ту отчуждённость от своей команды, семьи и окружающего мира в целом, которую иногда ощущал, потому, бывало, отчаянно нуждался в комфорте и заботе. И вот, после очередного тяжёлого дня помощь пришла к нему, откуда он совсем не ожидал её получить.

Болеть — проблематично. Особенно, когда тебя отовсюду допекает твой брат близнец. Но когда второму в руки попадается свечка... Всё в разы становится хуже. – А ну положил это. Быстро! – Его рассасывают или глотают? – продолжал шебуршать брат, пропуская мимо ушей сказанное замечание. – Вставляют.

– пёс, своих омег будешь подавлять – зачем мне омеги - притираясь щекой к колючему виску и не в силах скрыть дразнящей интонации - когда у меня есть такая сучка

- Вчера я дрочил на тебя, – будто бы между делом сообщает Ацуму. - Что дало тебе понять, что я должен знать об этом? – интересуется Осаму безо всякого выражения, когда спустя несколько мучительных минут все же берет себя в руки. - Предупрежден – вооружен, – Ацуму лукаво улыбается и сегодня его улыбка впервые становится чем-то вызывающим первобытный ужас, как лавкрафтовские чудища. Саму молча качает головой и разводит руками - ну и что он должен делать с этой информацией?

Они всегда были связаны: друзья, соперники, товарищи, но лишь многим позже пришло понимание самой сути их связи. Они – пара.

Концерт майота, на котором буда обнял его…

— я докажу тебе, что быть омегой - охуенно

это было плохой идеей.

Максим появился в его жизни... К сожалению, пожалуй. Семнадцатилетний распиздяй, прожигающий жизнь и деньги родителей на наркотики. И ошибкой Ильи было начинать с ним общение. Еще тогда, в клубе, когда он, заглянув в серо-голубые глаза, увидел его неестественно расширенные зрачки. Когда понял, что синяки под глазами это не херово выставленный свет. И что шипение на языке после внезапного поцелуя ему вовсе не показалось.

между ними только едкий дым сигарет, максим был уверен, что переходя в фальконс будет недолюбливать илью.

Илья устраивает тусовку в честь своего дня рождения в загородном доме, где соберется добрая половина их знакомых и друзей, где будет целая куча алкоголя и травки, которую втихаря притащат ребята из Спирит и будут толкать ее в одном из туалетов в доме.

В общаге третий этаж, лифт сломан, а по подъезду бегают дохлые мыши. Илья Осипов мечтает об одном: чтобы сосед наконец вынес мусор и сдох. Максим Лукин мечтает о другом: чтобы Илья перестал игнорировать его и посмотрел хоть раз не с отвращением, а просто — в глаза. Спойлер: мусор Максим не вынес. А вот Илью — да.

катку только регнуло, на экране начинается стандартная разминка, а на сервере во всю идет закупка. максим, по-видимому, только-только пришел в себя после долгого, изматывающего сна после перелета, потому что стоит илье надеть наушники на оба уха и полностью уйти мыслями в игру, как он тут же чувствует мягкое, но очень уверенное касание чужих рук на своей шее.

На улице всё ещё тарабанил ливень, а я стоял, смотрел, как ты дрожащими пальцами подкуриваешь сигарету и послушно ждёшь моего рассказа о том вечере. Я долго молчу, сохраняя интригу, а ты еле держишься на ногах от страха того, что ты мог натворить. И я, частично, согласен — это полный пиздец.

Одна ночь. Одна ошибка. И вот кого Илья еще пару часов назад ненавидел, становится тем, с кем он рушит свои уже состоявшиеся отношения.

Всё началось с пьяного осознания, будь оно проклято.

максим любил нарушать законы, в этом заключалась вся его дурная, мятежная суть, которую невозможно было запереть в рамки общепринятых правил.

Они перепутали кофты. У Максима в кармане вибратор.

Границы созданы для того, чтобы через них кто-то перешел. Например рыжий, наглый соседский кот.